«Пьяные деньги»

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

История русского алкогольного бюджета  и государственной борьбы с пьянством насчитывает века. В питейном деле исстари наблюдается двоякая ситуация. Государство всегда извлекало непреложный «водочный» доход, даже когда отдавало винное дело на откуп. И в то же время  государство наряду с Церковью сдерживало процесс потребления спиртного, чтобы сохранить нацию.     

Хмельное появилось вместе с самим народом. Дремучие славянские леса изобиловали диким медом, земледельческий быт поставлял просо. Первыми русскими хмельными напитками были пиво и меды, которые каждый варил у себя дома и подавал на пирах. По преданию, первое, очень дорогое  виноградное вино привез на Русь из Царьграда князь Олег в 907 году. В древнюю пору пьянство  наблюдалось как простое  злоупотребление  веселящими зельями — и только. Арабский путешественник Ибн-Фадлан  писал, что руссы сильно «преданы вину, пьют его и днем, и ночью, так что иной и умирает с кружкою в руке». После Крещения Руси  Православная Церковь, проповедуя  умеренное винопитие, выступила против хмельной невоздержанности. Св. Феодосий Печерский составил первую на Руси проповедь «Слово о пьянстве»: «О горе пребывающим во пьянстве! Пьянством ангела-хранителя отгоняем от себя, а злого беса привлекаем, ибо бесы радуются нашему пьянству». Однако вино составило свою первую выгоду для содержателей корчем: их обычно ставили у дороги, чтобы  путники могли в них отдохнуть и перекусить,  следовательно,  заедали хмельное сытной и горячей пищей. В этом власть и увидела  выгодную статью собственного дохода. Помимо медовой и брашной дани, уже в XII  корчма была обложена княжеской пошлиной — это и были первые на Руси «пьяные деньги», которые впоследствии привели к установлению казенной винной монополии.     

В 1386 году Москва впервые увидела виноградный спирт. «Аква виту»  привезли в русскую столицу генуэзцы и показали великому князю Дмитрию Донскому c боярами, но особенного впечатления не  произвели. В 1429 году ее вновь показали Василию II — и на этот счет существует две точки зрения. Согласно первой, «огненная вода» была признана слишком крепкой и не понравилась, хотя, возможно,  осталась как лекарство. По другой версии, заморским зельем заинтересовались  в Москве потому, что уже шла подготовка к созданию собственной водки. Водка действительно появилась у нас в том же XV столетии из национального злака — ржи, которую называли хлебным вином. Существует фантастическая версия,  что ее изобрел не кто иной, как митрополит Исидор, подписавший Флорентийскую унию в 1439 году и заодно ознакомившийся в Италии с монастырями, где было развито виноделие. Когда великий князь Василий II предал его опале за подписание унии и заточил в Чудов монастырь, Исидор будто бы в обмен за сохранение жизни устроил там винокурню, используя вместо винограда хлебное зерно, и потом благополучно бежал из России, усыпив своим зельем стражников.

В любом случае водка была затребована своим временем. Качественные меды за счет сильной вырубки леса варились уже только в богатых домах, а население Москвы резко увеличилось. Народ, нуждаясь в  горячительном, стал употреблять дешевые медовые суррогаты, настоянные на дурманящих, часто ядовитых травах, которые вызывали отравления, буйства и ожесточение нравов. Нужен был новый «народный»  напиток — крепкий, дешевый и качественный, чтобы народ не спился дурманом окончательно.  А родное зерно для  него подходило — именно в то время появились хлебные излишки  за счет перехода к трехпольной системе земледелия. Появление водки повлекло за собой первую  казенную монополию: в 1474 году великий князь Иван III передал право производства и продажи водки, а также  меда и пива исключительно казне. В этом был финансовый расчет — страна нуждалась в деньгах на борьбу с монгольским игом, строительство Кремля и обустройство единого государства за счет присоединений удельных княжеств, которые нередко  сопровождались военными конфликтами. Кроме того, монополия давала возможность установить эталонное качество хлебного вина как определенный престиж государства, тогда как нелегальное вино всегда было более дешевым и, следовательно, фальсифицированным. И конечно же, само изобретение водки заставило взять ее производство под строгий контроль, иначе алкогольные последствия могли бы стать необратимыми. Чем еще «угодила» водка, иногда объясняют так: изобретенная в XV веке, водка не имела традиционных корней,  уходящих в языческие времена, а следовательно, не было и традиции ее употребления  в   древние праздничные дни, что позволило избежать массового пьянства, например, в разгар летних полевых работ. А  это устраивало и Церковь и государство. Взамен старинных праздников были установлены новые, в которые всем разрешалось домашнее пивоварение — на Масленицу, Пасху,  на Рождество Христово, и в Дмитриевскую субботу, отчего повелась трогательная поговорка: «в Дмитриев день и воробей под кустом пиво варит», а также на крестинах и свадьбах. Знать имела в качестве привилегии право варить мед и пиво у себя дома для личного употребления, но не для продажи. Главным интересом государства было искоренение частной виноторговли и установление твердой винной монополии. И еще момент — государство стало заботиться о трезвенности своих поданных. С одной стороны, оно видело в питейном деле крепкий казенный доход. С другой, народное пьянство подрывало экономику, и то же государство должно было с помощью Церкви оберегать подданных от веселящих зелий, то есть проводить и антиалкогольную политику.

Издержки  монополии быстро  дали о себе знать. Во-первых, казенная корчма, которая стала единственным местом  законной продажи горячительного, отныне преследовала цель не накормить, а напоить посетителей для вящей прибыли, уготовляя пути кабаку. Во-вторых, появилось «корчемное», подпольное вино, которым стали отчаянно травиться, а в тайных корчмах на еду обращали еще меньше внимания, чем в казенных. Государство запретило торговать спиртным в будни, церковные праздники, злостных пьяниц бросало в темницу, и жесточайше преследовало корчемников: доносители могли получить часть их имущества, а потом и вольную, если были крепостными. Настоящее, поощряемое пьянство началось во времена Ивана Грозного.

В 1553 году на Балчуге появился первый царев кабак — самое антинародное заведение в русской алкогольной истории. Полагают, что Иван Грозный вместе со своими воинами и телохранителями увидел Ханский кабак в Казани. И будто бы для них он милостиво разрешил открыть такой же кабак в отдаленном Замоскворечье, чтобы не было соблазна остальным москвичам. Есть версия, что память об этом кабаке осталась в старомосковском имени Спасо-Наливковских переулков: «Спас» — от Спасо-Преображенского храма, стоявшего там до революции, а «Наливки», вероятно, и произошли от слова «Налей-ка!». Вместо вывески кабак был украшен еловой лапой. Отсюда и прозвище кабака «Иван Елкин». Однако выпивку царевым слугам подавали без всякой еды, и даже не было столов, дабы никто не засиживался, осушил чарку — и уходи по своим служебным делам.  Очень скоро оценив выгоду, в царевом кабаке стали продавать  водку для всех, но завсегдатаями кабаков стало простонародье, которому в отличие от высшей знати было запрещено варить хмельное дома.  

Теперь в кабаке старались всячески опоить человека. Спиртное подавалось без закуски: водка особенно опьяняет на голодный желудок, вызывая желание выпить больше, а на следующий день понадобится «опохмел». Тех, кто приносил с собой закуску, выгоняли, зато похмельную чарку подносили бесплатно, чтобы «застолье» продолжалось дальше. Тем более что водка продавалась вместе с пивом, и именно с тех пор берет свое начало убийственный русский «ёрш». Скоро разрешили расплачиваться вещами под залог — «сегодня на деньги, завтра на поверь», и клиенты пропивались до нательных крестов, получая от кабатчиков презрительное прозвище «питухов». Поощряя кабацкое (и только кабацкое) потребление  спиртного, государство обеспечило себе твердый питейный доход и установило кабацкую администрацию, ведавшую как продажей вина, так и его производством, а также контролем  над корчемным вином.  Целовальники, которых избирали из торговых людей, приносили присягу целованием креста, обещаясь «не чинить воровства и лихоимства» ни государю, ни народу, и тем «питухов от царёвых кабаков отнюдь не отгонять». А кабацкие головы (управляющие) были обязаны сдавать  годовые доходы непременно с «прибылью против прошлых лет», и чтобы государевой казне «ни в чем порухи не было». Деньги хранились в опечатанном ящике, дабы не было искуса туда залезть, или чтобы не обронить невзначай монету мимо, а питейные интересы государевой казны охранялись смертной казнью. За счет чего складывалась прибыль, остается догадываться, а недобор покрывался из кармана администраторов. В то же время правительство, карая за недоимки, поощряло наградами старательных кабацких голов, которые умели приносить вожделенную прибыль.  

Однако казенное управление оказалось убыточным  за счет искусного  воровства «верных людей», так как частные лица веками наживались на водке не меньше государства. Царь Федор Иоаннович впервые отдал кабаки на откуп — кабатчик разом выплачивал в казну установленную сумму за содержание кабака и далее собирал ее с прибылью для самого себя. Иногда он получал право и самостоятельно курить вино, но только с разрешения казны, эти условия не раз менялись в истории. А прибыль можно было извлечь только за счет хорошо продуманных мер. Первой такой мерой стало разбавленное или фальсифицированное вино — главная статья дохода откупщиков во все времена. Второй мерой было усиленное спаивание при помощи разнообразной рекламы. Например, у дверей кабака выставлялись записные пьяницы, которые ловили прохожих и рассказывали им сказки о небывалой дешевизне вина в этом кабаке. Затащив в кабак, клиента подпаивали, и далее кабатчик вчистую его обсчитывал, а записного пьяницу награждал лишней чаркой. На  первых порах итогом стало появление посадской голытьбы и кабацких ярыг, побиравшихся по миру на чарку, и главное, хронических алкоголиков. Даже спившиеся дворяне спускали в кабаках имения. Ситуация довольно быстро стала угрожающей, и уже Борис Годунов  первым из русских государей стал бороться за трезвость. Он снова ввел казенную монополию, повелел торжественно сломать первый кабак на Балчуге, запретив употреблять само слово, и устроил вместо кабаков  казенные питейные дома, называемые кружечными дворами.

Годунов говорил, что скорее помилует вора и убийцу, чем того, кто осмелится открыть кружечный двор вопреки указу. Нормой отпуска стала одна чарка на человека, а продажа на вынос, под залог, в постные дни, праздники и воскресенья была запрещена. Ограничили и время торговли: с 3 часа пополудни  до вечера, а зимой — до наступления темноты. Если «питух» предлагал вещи под залог, целовальник обязывался проводить его в чулан проспаться, а потом  прочитать ему мораль и отпустить. Частным лицам воспретили не только торговлю корчемным спиртным, но и даже его хранение — государевы слуги чинили по домам обыски, и  в случае находки наказывались даже соседи  за недонесение.

Смута похоронила благие намерения Годунова. А затем государство, нуждаясь в финансах для восстановления экономики, вновь ввело откупную систему, к которой   прибегало всегда в своих же интересах питейных доходов. С другой стороны, чтобы возродить страну, нужны были трезвые рабочие руки, но если государство, устанавливая монополию, еще как-то пыталось бороться с пьянством, то откупная система его только поощряла. В 1646 году Алексей Михайлович приказал воздерживаться от пьянства  весь Великий пост, но к 1648 году была сорвана посевная, и вспыхнули кабацкие бунты из-за долговой несостоятельности «питухов». Участники соляного бунта требовали уничтожить откупа.

В 1652 году под влиянием великого трезвенника патриарха Никона царь созывает Земский собор, получивший название «собор о кабаках» и ограничивший пьянство в законодательном порядке: «злодейские» откупные и частные кабаки были уничтожены, число казенных питейных заведений не превышало одного в городе и большом селе, а в деревнях их не полагалось вовсе. Цена на водку была почти втрое повышена, запрещена распивочная и  кредитная торговля, на вынос отпускалось не более чарки (около 150 грамм) в руки, а во все посты и по воскресеньям вовсе не продавалось спиртного.

Таким образом, по подсчетам ученых, русский человек пребывал без вина более полугода. Теперь не дозволялось даже распивать на улице близ кружечного двора вопреки прежнему правилу «питухов от кабака не отгонять». Уличенные в воровстве  кабатчики получили отставку, кабацких голов предписано вновь выбирать из честных людей. Под страхом строгого наказания было велено следить, чтобы никто не допивался до смерти — за это карали и целовальника, и собутыльников, а взысканные с них штрафы отдавали семье покойного или в ближайший храм.

Только недобор казенных кабацких денег по-прежнему восполнялся из кармана целовальников — им ничего не оставалось, как обходить закон, и реформа быстро потерпела крах.

Помимо возрастания пьянства, казенная продажа водки в определенных местностях вообще не принесла никакой прибыли. И в 1663 году государство вновь вводит в таких областях откупную систему. Теперь сосуществуют два способа продажи спиртного: в деревнях и селах — откупные кабаки, в городах — казенные кружечные дворы. И без того давшая трещину система взимания питейного дохода совсем разладилась, а народ не только попивал откупное вино, но и начал гнать самогон. В 1681 году царь Федор отменил откупа и восстановил строгую продажу спиртного в казенных кружечных дворах, причем водка поступала от подрядчиков-дворян с их письменного обязательства поставлять водку с срок и по фиксированным ценам. Она  хранилась на складах — «отдаточных дворах».

В 1699 году Петр I назначил заведовать этими дворами бурмистров, которые с лихвой оттянулись на «пьяной» должности — ведь искус продавать самому казенную водку со склада, да еще и обсчитать поставщика был велик.

Петр такой измены не терпел, но узаконил пьянство. Сам большой любитель вина, (говорят, мог выпить за день около 40 стаканов), он поощрял к тому же и своих верноподданных. Князь-кесарь Федор Ромодановский, кстати, большой любитель старинных медов, имел такую домашнюю перцовку, которая валила с ног с первой же чарки. И каждый гость должен был непременно осушить эту чарку, чтобы не познакомиться поближе с ручным медведем хозяина. Петр ввел винную порцию в армии и флоте, приказал  отпускать ежедневную чарку строителям Петербурга, подавать вино на ассамблеях, в том числе и женщинам. Пьяный образ жизни стал модой, что удручало патриарха Адриана, однако царь никому не прощал прогулов, халтуры и прочих похмельных плодов.  В государственных же интересах  Петр частично ввел откупную систему, нуждаясь в финансах на время Северной войны, на создание флота и проведение политических реформ, а позже совсем отменил казенную продажу и ввел свободу винокурения, обложив пошлиной оборудование и готовую продукцию. Как известно, в 1732 году откупщики, поставлявшие водку в Москву, возвели на окраинах Компанейский вал — таможенную границу для борьбы с провозом нелегальной водки конкурентов, — вал, ныне известный как Камер-Коллежский. Одна из улиц на Зацепе близ Павелецкого вокзала до сих пор называется Щипок: там длинными крючками стражи прощупывали груженые обозы.

В 1765 году Екатерина II сделала частное винокурение исключительной привилегией дворянства, однако строго регламентировала количество производимой водки по сословному статусу — князь или граф мог производить больше, чем мелкопоместный дворянин, а заодно так поощрялась верная государева служба. Остальные сословия должны были закупать водку у государства.

Надо сказать, что питейное дело попортило императрице много крови, потому что сначала она положилась только на дворян как на поставщиков (купцам было запрещено иметь свои винокурни даже на паях с дворянами) и получила крупные недопоставки в казну, после чего учредила казенные винокурни.  В принципе задумано было хорошо — и благородные в порядке, и остальные сословия не в обиде, и государство, продавая свою водку немалому контингенту, в питейных доходах не ограничено, и конкуренции не имеет.  Но получилось как всегда.

Помещичья водка была высшего качества, потому что для себя каждый старался на все лады. Домашние  ароматические водки имелись на все буквы русского алфавита, от анисовой до яблочной. Качество простонародной казенной водки, которая продавалась в питейных домах, украшенных солидными  двуглавыми орлами, разительно отличалось от помещичьей. А помещик сам продавал свою водку (похуже) своим же крестьянам, не желая их оттока «на сторону» в казенные заведения, где им полагалось покупать водку, изготовленную на казенных винокурнях.

Далее. В 1781 году Екатерина II учреждает  на местах питейные палаты, которые должны были заготавливать водку на год либо на казенных заводах, либо покупая у частного производителя. Разумеется, казенные винокурни стремительно захирели, потому что всякий чиновник старался выгодно для себя заготовить казенную водку у частного поставщика — у помещика, друга, за взятку, а казенные винокурни получали все меньше и меньше заказов. История государственной питейной политики — это и постоянная  борьба государства с разными «пьяными» уловками частных и чиновных лиц.

В 1795 году, разочаровавшись в  возможностях казенных винокурен, Екатерина отменяет казенную заготовку водки и восстанавливает откупную систему со всеми ее регалиями. А заодно учреждает трактиры с подачей горячей пищи, возрождая традицию русской корчмы, но народ экономил на еде, и пил, как в кабаке, помногу и на голодный желудок. По идее, откупщик, как доверенное лицо короны, получал свою прибыль с продажи закуски, из штрафов за обнаружение нелегального вина, но его основная нажива шла за счет фальсификации и разбавления вина, утаивания доходов и прочего криминала.

На протяжении веков наблюдалась одна и та же ситуация. Когда  государство вводило монополию, народ приходил в себя и получал возможность самосохранения, хотя пьяные деньги до конца XIX  века мешали полноценной борьбе с пьянством. Как только в бюджетных же интересах государство отпускало или ослабляло монопольные вожжи, народ начинал спиваться и ситуация становилась угрожающей.

А потом недосчитался и бюджет. Екатерининские откупщики оживились. Правильно  замечено, что если прежде они разоряли только народ, то теперь стали разорять и казну. Получив полное господство в винной области, они не только наводнили Россию кабаками, но стали попросту недоплачивать казне, аккуратно подрубая сук, на котором сидели, потому что и казна терпеть подобных убытков не желала.

Павел I постановил пересматривать откупные сборы, взимаемые с откупщиков, каждые четыре года. При нем же была введена норма отпуска — стопка, которая вмещала ровно сто грамм, и если кабатчики пытались сэкономить на порции, они бывали нещадно биты клиентами.  

А когда в Белоруссии разразился сильный голод, Павел направил туда поэта-сенатора Г.Р.Державина для расследования. Вывод был ошеломительным — открылся сговор помещиков с откупщиками. Крестьяне были вынуждены продавать откупщикам по дешевке свои продукты и покупать у них втридорога все необходимое, зато были открыты  круглосуточно кабаки, где пропивались плуги, бороны и косы.

Державин предложил  вновь разрешить винокурение только помещикам, с обязательством, чтобы те оставляли обильный запас хлеба, но запретить производство вина в земледельческий сезон, его продажу по ночам и во время церковной службы. Павел не успел принять мер, ибо был убит, и дрянное откупное вино по-прежнему лилось рекой.

Только в 1805 году  был создан  «Комитет для рассмотрения дел о пьянстве народном и о чрезмерном развитии питейных домов». Тогда впервые была разделена продажа водки и пива, которое стали подавать в портерных лавках. Виноградное вино  продавалось в рейнсковых погребах, куда ходила чистая публика. А крестьяне не особенно тянулись даже к пиву, потому что ценили крепость алкоголя и количество выпитого. Государство же, стараясь уберечься от народного пьянства и в то же время обеспечить питейные интересы казны, стало бороться с откупщиками.  

Заметив крупные недоимки, особенно вредившие после Отечественной войны, когда страна нуждалась в деньгах на восстановление жизни, Александр I в 1819 году ввел государственную монополию на производство и оптовую продажу водки, разрешив ее частную продажу в розницу по твердой цене 7 рублей за ведро и введя патент на право торговли вином.

Розничные торговцы пошли по стезям откупщиков, разбавляя водку и утаивая часть выручки. Однако в 1826 году Николай I, славившийся личной трезвостью и установивший «трактование» (норму выдачи) вина в Зимнем дворце даже для членов августейшей семьи, не говоря о прислуге, отменил и ту частичную монополию, которую ввел его брат, снова введя откупную систему. Одни видят в этом широкий политический жест в ущерб экономике и народному здравию ради восстановления отношений с дворянством, подпорченных после восстания декабристов. Другие —  попытку преодолеть коррупцию чиновников, нагревавших руки и на казенной монополии.

Министр финансов граф Канкрин четко определил питейную стратегию государства: «Желать должно, чтобы умеренное употребление вина между простолюдинами умножалось». В 1845 году были закрыты конкурентные пивные лавки, (кроме Москвы и Петербурга), что спровоцировало народ к употреблению  крепких и очень плохих напитков. Эта последняя в русской истории откупная система, длившаяся почти сорок лет, достигла своего апогея к середине XIX века.

В конце 1840-х годов снова понадобились деньги — на строительство железных дорог, на подготовку Крымской войны. Государство стало вводить акцизно-откупную систему, производя водку на казенных винокурнях и продавая откупщикам по твердой цене, надеясь обеспечить себе двойную прибыль и в будущем с его собственной прибыли.

Тут начались такие махинации, и водка стала столь отвратительной, фальсифицированная откупщиком, что по России прокатились водочные бунты, заставившие государство уже навсегда отменить откупную систему. К середине XIX столетия питейный сбор составлял почти половину доходов государственного бюджета, который стал называться «пьяным».

Акцизная система, введенная вместо откупной, сменилась последней, самой удачной винной монополией.   Исторический опыт показывает, что государство должно иметь монополию в алкогольном деле, осуществляя производство крепкого спиртного и его продажу.

Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 4.8 (4 голоса)
Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

после слов "руссы сильно «преданы вину, пьют его и днем, и ночью, так что иной и умирает с кружкою в руке»" можно не читать - это похоже на "людей с пёсьими головами". и вообще, прекратите русофобию.

[ответить]

это у нас теперь что-то вроде нового вида "врага народа" или инквизиции.  Древнего автора процитировать, причем в самом конкретном контексте - русофобию разводить!!!   

[ответить]

О, Витек, блюститель русских интересов! 

[ответить]

новый вид цензуры, не зависящий от смысла публикации. чуть что - русофобия!!! без всякого вникания в содержание, в информацию. Караул!

[ответить]

а вы чьи интересы блюдёте?

[ответить]

чтобы написать такое, этот путешественник должен был бы всю жизнь прожить среди русов и от души попить с ними - подразумевается, что русня дохнет от пьянки достаточно часто, и прям "на рабочем месте". я не думаю, что он жил с нашими предками так долго, следовательно, передаёт чужие сплетни.

[ответить]

Так это ж араб написал, мусульманин. У них там вообще спиртное под запретом (если не вспоминать Хайяма).:)

[ответить]

госпожа Лебедева, http://www.rulife.ru/mode/article/68/

[ответить]

Авторы этого сайта восхищают своим "глубоким знанием всех проблем" они знают даже то,что сказал в 17-веке великий арабский путешественник-глашатель истины.А других высказываний о русском народе-об их терпимости,кротости,находчивости,неординарности,вы конечно не смогли найти Елена.Может в следующей статье найдешь цитаты о продажности некоторых "русских" и посвятишь этой теме серию статей.Но незабудь расписать благородство и бессеребничество Берёзовых,альбуцов и прочим манов.могу сказать тебе ещё пару веских слов да сомневаюсь,что поймешь.

[ответить]

Вы что, ненормальные, что ли?! Статья была посвящена формированию алкогольного бюджета и вехам  государственной борьбы с пьянством! причем здесь терпимость, кротость, находчивость и неординарность? 

[ответить]

Господа, ну перестаньте вы цепляться к отдельным фразам, которые вам не по-нутру. Зрите в корень: " Исторический опыт показывает, что государство должно иметь монополию в алкогольном деле, осуществляя производство крепкого спиртного и его продажу ". Введение госмонополии на алкоголь жизненно необходимо России - это необходимое условие предотвращения катастрофы. А ссылки на русофобию арабских путешественников и неупомянутые положительные качествах русского народа - это лирика. Для введения госмонополии необходимо арументированное исследование проблемы, исторический анализ, что Елена и делает. Она написала хорошее продолжение к предыдущей статье "Питие на Руси" и заслуживает всяческой поддержки. " На протяжении веков наблюдалась одна и та же ситуация.

[ответить]

сначала катастрофа на ГЭС (железяка в тыщу тонн вот так вот просто приподнялась с места). потом взрывается газопровод в жилом доме, этот взрыв почему-то никто не заметил. потом гибнет пилот из элитной эскадрильи. потом мне сообщают, что мои предки подыхали за столом прям с кружкой вруках. госпожа Лебедева, вольно или невольно вы оказались по ту сторону "информационных баррикад".

[ответить]

я оглашу весь список: пакт Молотова-Риббентропа, начало 2й мировой, в Польше разбился самолёт советской конструкции, голодомор якобы кем-то организованный, вот два автобуса столкнулись ... ... и на таком фоне мне сообщают, что мои предки - пьянь гидролизная, дохнут не отходя от кассы. госпожа Лебедева, в следующий раз обращайте внимание на информационный фон ваших статей. между прочим, эта "пьянь" до Калифорнии дошла когда-то.

[ответить]

Господи! Ну где я сказала, что русский народ - пьянь???! я бы тогда на этом сайте не работала с такими взглядами. ну причем здесь авария на ГЭС и пакт Риббентропа-Молотова? какая у меня в статье русофобская крамола? почему Вас фраза древнего ибн-Фадлана так зацепила?- ну предавались люди излишествам на пирах, которые давали не каждый день а по праздникам. ну стали с этим бороться. сначала Церковь, потом государство. Русофобами были откупщики и кабак.  я вам приведу на эту тему  еще более "русофобскую" цитату русского автора 17 века

Принимался он за питья за пьяныяИ испивал чару зелена вина,Запивал он чашею меду сладкого,И пил он, молодец, пиво пьяное.Упился он без памяти,

И где пил, тут и спать ложился

[ответить]

[ответить]

Спасибо за поддержку!

[ответить]

Как человек, лично занимавшийся разработкой антиалкогольных программ на крупных предприятиях, внесу свои пять копеек.

1. Все разговоры о том, что русские как народ каким-то особенным образом предрасположены к пьянству, не основаны на реальных фактах. Это стереотип из разряда "блондинки - дуры" или "женщина за рулем".

[ответить]

"...водку - поднимать на нее цены, причем на порядок"

вы должны помнить стишок советского времени: "если даже будет 8, всё равно мы пить не бросим. вы скажите Ильичу: нам и 10 по плечу. если дальше будет больше, будет то же, что и в Польше" (для молодых: как раз в то время в Польше были безпорядки, организованные "Солидарностью") проблема пьянства решается не ценами, а наполнением жизни смыслом - тогда и выпить-то неохота, да и некогда, другие занятия есть. что касается Польши, то один знакомый моряк рассказывал: стояли они в Польше в ремонте. каждый день к нему в дизель-генераторное отделение приходили трое ремотников, и каждый божий день они начинали с бутылки. потом обед, тут же, на пайолах, с бутылкой, и ещё одна перед концом работы. это было каждый день!

[ответить]

Не-а, волнений не будет. Сейчас не старый режим. Как сказал бы тов.Гумилев, упал уровень пассинарности.

[ответить]

Мой прошлый пост пропал, попробую кратко. Цифры и замечания по структуре потребления весьма интересны, но выводы ... "без выполнения законов невозможна ни одна кампания в принципе, законы у нас не выполняются, а потому будет провалена и эта", ну что за пессимизм сударь? Ждать пока начнут исполняться законы (да когда это они исполнялись-то в России) можно до второго пришествия. Именно поэтому продавив госмонополию можно добиться огромного прогресса в этом деле - Елена очень точно это описала в своих статьях. Госмонополия - это одномоментный акт, вполне реальный. Он безусловно должен сопровождаться убеждением через общественные организации и церковь и принуждением посредством выполнения законов (скептическая улыбка). Но госмонополия - это первый и чрезвычайный шаг.

[ответить]

Не надо ждать, пока заработают законы. Надо заставить их работать - точнее, заставить выполнять их наш многоликий государственный аппарат. Естественно, это задача первых лиц государства, а не общества.

А госмонополия... Я в упор не могу понять, что изменится, если продающаяся в магазине водка будет произведена государственными корпорациями, а не частными. Бюджет будет лучше наполняться - да, возможно. Но мы же про борьбу с пьянством говорим, а не про наполнение бюджета.

[ответить]

пара примеров навскидку - спирт Рояль - совершенно убийственная вещь, стоила жизни видимо сотням тысяч людей. При госмонополии его бы никогда не стали импортировать, раз. Прочая дрянь, которую можно купить в каждом ларьке, два. ГОСТ на алкоголь, три. Ограничение времени и места продажи, четыре. Запрет на любую рекламу алкоголя, деньги от продажи алкоголя - на борьбу с алкоголем, пять. И т.д. и т.п.

[ответить]

Спирт Рояль отлично помню, пили на картошке в 1992. Но это вопрос стандартов (ГОСТов тех же самых), т.е. опять-таки соблюдения законов. И надо понимать, что суть проблемы - не в том, что пьют паленые вещи (хотя понятно, что это ведет к отравлениям и т.п.). Суть в том, что слишком много пьют (водки, причем самой что ни на есть нормальной). Если всю продающуюся водку заменить "Белугой", масштаб проблемы не станет меньше.

[ответить]

"Но это вопрос стандартов (ГОСТов тех же самых), т.е. опять-таки соблюдения законов" - софистика, друг мой, софистика. Да поймите, дело не только в качестве (соблюдении законов), но и в цене (выгоде). Мало того что Рояль - это дрянь, но ещё и дещёвая дрянь в огромных количествах - вот и упивались тысячи людей до чёртиков. А имея монополию и законы соблюдать станет легче, коррупцию породит  - да, но и количество вопиющих случаев уменьшится. Частный бизнес из выгоды завезёт вам любую гадость, а государство - нет , цели другие. Разве будет частник давать деньги на антиалкогольную рекламу - да не в жисть! А государство будет, причём из алкогольного бюджета.

[ответить]

Конечно, цена крайне важна. Я не зря сказал сразу, что цену на водку надо многократно повышать. При этом я вовсе не имел в виду, что параллельно надо завозить всякие Рояли :) Что до государства, в эффективность этого государства я не верю. Монополий и просто государственных предприятий у нас довольно много. Я не вижу их эффективности, прежде всего потому, что действуют они по тем же принципам, как частные - а это потому, что законы не работают :) В общем, заканчивать можно тему, ибо позиции понятны. Несмотря ни на что, надеюсь на изменения к лучшему.

[ответить]

г-же Лебедевой: Горький, может, и не по теме. а насчёт этого араба - я же говорю, информационный фон. в другое время я, может, и не стал бы придираться. а сейчас? пакт Молотова-Риббентропа: Россия опять - как всегда - виновата. западные дэмократии как всегда белые и пушистые. начало 2й войны: наконец-то Россию виноватой сделали. скоро должны Катынь припомнить, что-то долго тихо было. весь Август - сплошные катастрофы, и тут вы вносите

[ответить]

Знаете, честно, в голову не пришла связь пакта Риббентропа и темы, как древнее русское государство сделало из алкоголя бюджетный доход,  и  пыталось бороться против алкоголизма. У меня, как и у Вас, нет комплекса национальной неполноценности. информационный фон для меня был только один: начавшаяся  антиалкогольная кампания, обещающая в перспективе винную монополию, о чем я лично только мечтаю.  Нет в моей статье ничего антирусского

[ответить]

этой связи нет, но некоторые могут её придумать. как вариант: если бы её даже не было, её следовало бы придумать. поскольку русофобы нас не слышат, расскажу один случай. как-то раз комбат собирает нас в клубе и говорит: вот, товарищ поехал в отпуск как человек, а дома на чердаке захлебнулся собственной, простите, блевотиной. было это ещё в советские времена, и в моей жизни это единственный случай, чтоб кто-то умер непосредственно от водки. да и с "товарищем " тем я не был знаком - он был с "соседней" роты. так что можно сказать (с натяжкой?), что в моём кругу общения от водки не умер никто. а посему забить бы этому Ибн-Фадлану все "кружки в руках" в глотку, чтоб не врал почём зря. впрочем, это уже не наша юрисдикция, есть Высший Судия.

[ответить]

на том и поладим.

[ответить]

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...