Измерения промышленной политики

Версия для печати Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

По мнению все большего числа экспертов, скорый (в историческом масштабе, но с большой вероятностью, что и в масштабе нашей собственной жизни) глобальный кризис, в терминологии ХХ века именуемый мировой войной, неизбежен. Формы ее в XXI столетии, естественно, будут совсем иными, нежели в ХХ веке. Речь пойдет, скорее всего, об использовании высокотехнологичных видов оружия и о «конфликтах малой интенсивности» или «мятежевойне» (определение русского военного теоретика Е.Э.Месснера), технологии которой отрабатываются сейчас в «горячих точках» и так называемыми «международными террористами».

Настоящая публикация ни в коей мере не является в полном смысле слова авторской. Здесь лишь делается попытка своего рода инвентаризации идей развития, выдвигаемых сегодня русской консервативной мыслью, такими авторами как Олег Генисаретский, Вячеслав Глазычев, Юрий Громыко, Татьяна Гурова, Сергей Кургинян, Александр Неклесса, Михаил Ремизов, Валерий Фадеев, Сергей Чернышев и другие.

Саров, 1 сентября 2008 года

Окончание. Начало см. О промышленной политике. К постановке и продвижению общенациональных задач развития, Промышленной развития в условиях мобилизации.

 

9. Финансовое измерение промышленной политики

Политический вопрос о том, за чей счет будет осуществляться развитие, сегодня продолжает оставаться не менее актуальным, чем в минувшие исторические эпохи. Он непосредственно вытекает из практической необходимости концентрации и перераспределения ресурсов под задачу инновационного промышленного развития.

Вопрос о том, на базе каких финансовых источников будет идти реиндустриализация, технологизация, наращивание инновационности нашей экономики, принципиален. Здесь есть два основных варианта.[1]

Первый вариант опирается на поиск своей ниши на мировом рынке. Эта ниша может быть не обязательно только сырьевой, в последнее время говорят и о наших возможностях занять некоторые высокотехнологические ниши. Это означает максимальную и узкую специализацию в рамках глобальной экономики и, как следствие, значительную зависимость от партнеров. Необходимость перераспределения сырьевых доходов на нужды развития за последнее время стала общим местом. Освоение высокотехнологичных мировых рынков добавит ресурсов, которые можно направить на развитие, но принципиально не изменит картины внешней зависимости.

Второй вариант предполагает преимущественную опору на внутренний рынок с использованием главного конкурентного преимущества в ситуации предстоящих глобальных кризисов - значительной территории, большого объема внутреннего рынка и внутренних ресурсов. Эти преимущества позволят России строить высокодиверсифицированную, а значит устойчивую и независимую экономику. Здесь основным источником ресурсов сможет стать внутренний спрос.

К сожалению, внутренний рынок, который пока теряется отечественным производителем, а задачи импортозамещения в Концепции 2020 даже не поставлены. А все еще очень низкая доля заработной платы в стоимости производимой продукции сдерживает рост внутреннего спроса.

Для перехода от «первого» варианта (а пока он с очевидностью гораздо более вероятен) ко «второму» необходимо заинтересовать крупнейших игроков, сегодня работающих на рынках сырья и первичного передела, однако имеющих амбиции и способных быть как производителями, так и потребителями высоких технологий. Поскольку по факту эти частные корпорации тесно ассоциированы с государством, его роль в создании у них инвестиционных мотиваций нельзя преувеличить.

Необходимо, чтобы налоговая политика стимулировала инвестиции и инновации в интересующих нас зонах. Основной принцип - уход от единообразной системы налогообложения и переход на систему, стимулирующую экономику к развитию определенного типа. Например:

- снижение в инновационных секторах налога на прибыль как основная мера, стимулирующая инвестиции;

- установление налоговых льгот для компаний, внедряющих инновации (в том числе ресурсосберегающие);

- установление налоговых льгот для компаний, работающих в высококачественном секторе потребительского рынка;

- установление налоговых льгот для недоразвитых секторов рынка.[2]

Монетарная политика должна быть направлена на существенное расширение рынка длинных денег, доступных российским компаниям, на рост капиталов российских банков и на региональную экспансию банковской системы. Здесь возможно:

- постепенное расширение системы рефинансирования банков;

- налоговое стимулирование региональной экспансии сильных банков;

- стимулирование за счет налоговых льгот увеличения собственного капитала российских банков;

- содействие российским банкам в получении кредитных рейтингов западных агентств, что облегчит им возможность займов за рубежом;

- развитие системы государственных гарантий под кредитование приоритетных отраслей.[3]

Негативное влияние на инвестиционный климат и кредитование промышленных проектов оказывает вопиющая недооценка отечественных активов.[4] Накачка капитализации в ряде сырьевых корпораций, не отменяет того, что наши основные материальные активы, в первую очередь унаследованные от советской экономики и до сих пор составляющие основу отечественной промышленности, недооценены на порядки.

Особое отрицательное значение в современной «экономике знаний» приобретает наша неспособность должным образом оценивать нематериальные активы, интеллектуальную собственность. Развивая патентное дело и охрану прав интеллектуальной собственности, надо понимать, что здесь есть оппонирующие подходы. Наиболее убедительно разность подходов видна на примере конкуренции операционных систем - строго лицензионной Microsoft и открытой Linux.

Ситуация недооценки активов требует создания соответствующих инструментов, в том числе собственных биржевых площадок, где будут идти торги в высокотехнологичных областях экономики, в том числе в рублях, а также национальных рейтингов с их продвижением на международный уровень.

До определенной степени вне «прямой» рыночной логики будут находиться крупные государственные инвестиции в оборонные проекты, а также стратегические инфраструктурные проекты с большими сроками окупаемости и низкой прибылью. Здесь надо прорабатывать формы частно-государственного партнерства. Известный принцип «двойных технологий» может быть реализован и при использовании инфраструктуры.

 

10. Территориальное измерение промышленной политики

Связность национальной территории, быстро теряемая у нас на глазах, задолго до того была потеряна на концептуальном уровне. Региональные программы развития, где регион имеет соседей, а не просто рассматривается как «пятно на белом», встречаются крайне редко.[5] Отсюда прямо вытекает необходимость воссоздания таких инструментов как схемы размещения производительных сил, в том числе общероссийские и межрегиональные, а также территориальные балансы - трудовые, водные, энергетические.

Вылечить болезни, связанные с территориальной неравномерностью экономического развития страны, невозможно одними лишь средствами усредняющего «выравнивания». Неравномерность в виде создания точек развития - первоочередного и преимущественного - непременное условие и мощнейший двигатель самого развития. Отсюда необходимость разделения территории страны на «каркас» и «ткань».

Ключевая проектная задача - формирование инфраструктуры, причем не просто самих по себе труб, электросетей, дорог. Речь должна идти о создании трансконтинентальных и региональных коридоров освоения, в комплексе решающих транспортные, энергетические и, что очень существенно, расселенческие задачи. Создаваемые инновационные кластеры должны располагаться на этой сети, главные из них - в ее узлах. Там же, в узлах сети, будут создаваться и крупнейшие логистические центры.

Направления развития территории, находящейся за пределами «каркаса» определяются такими тенденциями как демографическое сжатие и вторичное опустынивание многих регионов страны, связанное с экономическим упадком 90-х годов и разрушением значительной части промышленности и сельского хозяйства советского типа.[6] За исключением Северного Кавказа и, отчасти, республик Поволжья, до основания разрушен сам традиционный сельский уклад, скорее всего, необратимо. Это делает актуальными следующие способы использования относительно малозаселенной территории за пределами «каркаса»:

- современное сельское хозяйство в комплексе с переработкой как разновидность промышленного производства;

- предназначенные для рекреационного использования национальные парки;

- закрытые для посещения заповедники.

Все это будет возможным лишь при условии, если отдельным видом деятельности станет масштабная очистка территории от следов ныне уже прекращенной промышленной деятельности советского периода.[7] Представляется, что такая работа должна стать содержанием особого национального проекта.

Масштабный перелив людей из «старой» экономики в инновационную требует качественно иной мобильности работников на рынке труда, причем мобильности не только отраслевой (квалификационной), но и территориальной. Для этого, в частности, необходимо:

- разработка балансов населения и кардинальное улучшение статистики, прежде всего муниципальной;

- возрастание удельного веса переобучения и переподготовки в национальной системе образования;

- формирование общероссийского рынка недорогого съемного жилья;

- увеличение нормы накопления в семейном бюджете.

Развитие происходит не «где-то», а в конкретных местах. Целый ряд задач предстоит решать на муниципальном уровне, поскольку в условиях интенсивного развития муниципалитеты неизбежно становятся субъектами стратегирования - практически наравне с крупнейшими корпорациями, как государственными, так и частными. Масштаб и темпы предстоящих преобразований не позволят разглядеть все «из центра».

Отсюда прямо вытекает необходимость расширения муниципальных полномочий либо простой и понятной схемы делегирования на муниципальный уровень полномочий региональных. В первую очередь это нужно для того, чтобы муниципалитеты получили легальную возможность вести аналитические и проектные работы, без чего невозможно сколько-нибудь серьезное привлечение частных инвестиций.[8]

 

11. Экологическое измерение промышленной политики

Связанные с экологией аспекты развития в современном мире весьма важны. Экологические требования к промышленной продукции и самим промышленным производствам постоянно растут. Само по себе это очень хорошо для сохранения природы и здоровья людей.

Однако наряду с этим рост национальных и международных экологических требований с очевидностью становится инструментом конкурентной борьбы в руках «развитых» стран, способом вытеснить игроков с мировых рынков, навсегда оторваться от них как технологически, так и путем возгонки накладных издержек, необходимых для соответствия все возрастающим экологическим требованиям. Эта ситуация требует осмысления и своей контригры. В условиях экономики, преимущественно ориентированной на внутренний рынок высокотехнологичной продукции, ситуация становится менее напряженной и позволяет искать экологически корректные решения без прямой угрозы самому выживанию высокотехнологичных производств. Все это, естественно, не должно означать какого-либо попустительства загрязнению среды.

Одним из инструментов конкурентной борьбы с использованием экологических организаций («Green Peace», «Bellona» и пр.) является миф о «дикой природе». Однако в зонах устойчивого расселения практически все ландшафты давно (многие столетия, если не тысячелетия) на деле являются антропогенными. Это не уменьшает, но только повышает ответственность человека, выдвигает на первый план проектные подходы в работе с природой, экологическими отношениями.

Сейчас уже очевиден положительный экологический эффект от краха промышленности и сельского хозяйства советского типа и связанного с этим опустынивания значительных территорий. Этому процессу надо придать управляемую, цивилизованную форму, обратить этот минус в очевидный плюс (см. предыдущий раздел).

Экологическая ориентация инновационных разработок должна стать общенациональным императивом с выделением следующих приоритетных направлений:

- энергосбережение и сбережение иных ресурсов;

- развитие возобновляемых источников энергии;

- переработка и утилизация отходов;

- развитие безотходных (малоотходных) производств;

- очистка и рекультивация территории.

 

12. Промышленное развитие и управляемая деиндустриализация

Наряду с инновационным процессом, насыщающим экономику технологическими нововведениями и целыми группами новых производств, должен быть запущен процесс прямо противоположной направленности - расчистка места для новой экономики, то есть вывод из оборота значительных групп устаревших технологий, целых предприятий и отраслей. Старые зоны промышленного освоения, находящиеся за пределами вновь создаваемого инфраструктурного каркаса, неизбежно должны быть расформированы, что требует своего проектного и ресурсного обеспечения.

Требования экологического равновесия и ресурсосбережения диктуют, чтобы этот процесс сопровождался масштабным выводом земель из промышленного оборота и их рекультивацией (очисткой), увеличением компактности промышленных зон и ростом интенсивности использования их территорий.

Запуск этого процесса особенно актуален перед лицом растущего демографического спада. При увеличивающемся дефиците трудовых ресурсов, в первую очередь опытных квалифицированных работников, способных к быстрому освоению новых компетенций, важно увеличить конкурентоспособность предприятий инновационной экономики на рынке труда. И для старых, и для новых предприятий у нас просто не хватит людей. Насыщать же рынок труда мигрантами без создания мощной государственной и общественной системы их социокультурной переработки[9] и ассимиляции недопустимо по очевидным соображениям общественной стабильности.

Процесс имеет и свою социально-психологическую, мотивационную сторону. Крупнейшие предприятия старых зон промышленного освоения (Урал, Кузбасс, Поволжье и пр.) для миллионов работающих там людей, да и для всего народа, представляют собой поистине символы трудового героизма наших отцов, нашего славного прошлого. Вместе с тем они зачастую не имеют каких-либо перспектив в новой экономике. Выход из этой проблемной ситуации лежит в пространстве информационной работы, показывающей органичную преемственность новых форм развития по отношению к прежним и неразрывно соединенной с массовым переобучением людей.

 

13. Информационное измерение промышленной политики

Мы живем в информационном обществе, поэтому тема промышленной политики должна постоянно и плотно присутствовать на экране телевизора, в газетах, на популярных сайтах. Иначе ее просто нет - как политики.

Промышленная политика России должна быть публичной. Она должна занимать одно из ключевых мест в национальной повестке дня. Соответственно, она должна быть одним из ключевых факторов, определяющих место России в мировой повестке дня, демонстрирующих наличие политической и проектной воли мирового масштаба.

Предметом информационной работы неизбежно должен стать и общенациональный консенсус по поводу промышленного развития. Поэтому промышленная политика России должна быть идеологичной. Наличие промышленной политики должно стать одной из тех вещей, которые придают жизни гражданскую осмысленность. Идеология промышленного развития («Россия - один из мировых промышленных лидеров...» «Русский - значит способный создавать развитую передовую промышленность...») должна стать неотъемлемой частью национально-государственной идентичности.

Незаменима роль информационной работы в подъеме на должный уровень социального и культурного статуса работы в промышленности, выработке неразрывно связанного с этим корпоративного самосознания.

Особое внимание в информационной работе следует уделять нравственным нормам промышленной политики. Предметом осмысления здесь могут стать следующие вопросы:

- патриотизм и национальная мобилизация на решение задач промышленного развития (Россия может исторически мобилизоваться только абсолютным образом и под абсолютную цель - в этом и состоит специфика так называемого «русского чуда»);[10]

- наше наследие как опора нашей сегодняшней способности разрабатывать и осуществлять промышленную политику;

- наша роль в мире как нравственная альтернатива политике мирового господства и эксплуатации;

- трактовка экологических проблем развития как нравственных.

Все сказанное выше, естественно, будет иметь силу лишь в случае, если за информационным потоком будут стоять реальные действия.

 

14. Инновационное развитие и секретность

Как в военном секторе науки, образования и промышленности, так и при взаимодействии военного и гражданского секторов необходим принципиально новый подход к секретности. Технологии засекречивания образца 40-60-х годов первоначально вводились как один из инструментов достижения конкурентоспособности, как военной, так и экономической. Однако сегодня эти технологии секретности уже практически ничего не дают, но лишь сдерживают наше собственное движение. Они неадекватны самому устройству современного информационного общества, его социокультурным нормам, быстро совершенствующейся технической инфраструктуре. Тем более что ответственные за секретность государственные институты неподконтрольны руководителям науки, образования и промышленности. При очевидной силе спецслужб 40-х годов они хорошо осознавали свою сервисную роль в крупных научно-промышленных проектах, таких как ядерный или космический. В последние же десятилетия эти «органы» практически полностью забыли о своей сервисной, обеспечивающей роли и превратили охрану секретов в самоценную деятельность, осуществляемую исключительно в собственной логике при полном игнорировании целевой функции науки, образования и промышленности.

Это серьезно сдерживает развитие, причем на национальном уровне. Ведь «экономику знаний» могут создавать только люди, обладающие личной свободой и полнотой гражданских прав.[11] Таких людей, прежде всего элитную молодежь, мы теряем.

Представляется, что существующие еще в нашей стране подходы к секретности несовместимы с целями создания современной инновационной экономики. Логика конкурентной борьбы в сегодняшнем мире принципиально изменилась по сравнению с первой половиной ХХ века. Сегодня важно не столько засекретить то, что у тебя есть, чтобы обеспечить себе «площадку гарантированной стабильности», сколько радикально и как можно быстрее оторваться по уровню, технологическому поколению сразу в целом комплексе сопряженных предметных областей, чтобы сама постановка задачи «догнать» стала нереалистичной. Скорость развития становится одной из принципиальных характеристик конкурентной борьбы. Секретность же, мешающая прежде всего собственным информационным потокам, с очевидностью тормозит движение.



[1] Ремизов М. Концепции 2020 не хватает опоры на внутренний рынок. - Русский обозреватель, 6 августа 2008. - http://www.rus-obr.ru/opinions/365

[2] Гурова Т. и др. Вернуть лидерство. - http://expert.ru/printissues/expert/2005/45/45ex-doct/.

[3] Там же.

[4] Чернышев С.Б. Страна, не стоящая почти ничего. - http://www.ckp.ru/news/ctrana.htm.

[5] Глазычев В.Л. Проблемы регионального развития. Доклад на пленарном заседании Общественной палаты РФ. - http://www.oprf.ru/newsblock/news/1783/chamber_news.

[6] Глазычев В.Л. Демографическое сжатие. - http://www.glazychev.ru/publications/interviews/2004-05-20_interview_dem....

[7] Глазычев В.Л. От пяти до десяти тысяч сельских поселений в ближайшие годы исчезнут. - http://www.regnum.ru/news/672732.html.

[8]Сладков Д.В. Стратегическое управление на местном уровне при переходе к развитию. Выступление на Общественном совете Министерства регионального развития РФ. 26 ноября 2007.

[9] См. выше - раздел «Социальное строительство...»

[10] Кургинян С.Е. Медведев и развитие. Часть 5. - http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/ 08/752/21.html.

[11] Архангельская А. Где живет свободный агент. - http://expert.ru/printissues/expert/2008/07/interview_zuev/

 

 

Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 5 (4 голоса)

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код