Год предстоятельства Кирилла. Учиться быть сильными

Версия для печати Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

За год патриаршества нынешнего предстоятеля Русской Церкви произошло очень много всего. Здесь и фактическая реформа синодальных отделов, и мощнейшая миссионерская кампания, которую развернули Святейший и его сподвижники в России и странах бывшего СССР. Про молодежь в Церкви говорить стали как-то громче, смелее и чаще. Ну и еще многое, многое другое. Я же поговорить хочу не обо всём на свете, но о тех изменениях, которые произошли в среде церковных мирян и околоцерковного социума.

Отношения здесь стали намного публичнее и намного напряженнее. Церковь устами священников и епископата стала публично и периодически довольно резко высказываться об актуальных проблемах современной российской жизни. В ответ на эти реплики последовала самая острая реакция. Периодически крайне негативная. Но главное в данном случае — это масштаб дискуссии. Сборник статей того же протоиерея Георгия Митрофанова стал информационным взрывом длиною в несколько недель. Обсуждение роли Сталина в истории России продолжалось больше месяца. Я сейчас не хочу говорить о том, кто в той полемике был прав, а кто нет, только еще раз подчеркнуть, что Церковь, а точнее, её священноначалие активно включилось именно в актуальные дискуссии.

Церковь стала публично и периодически довольно резко высказываться об актуальных проблемах российской жизни

Произошло также и колоссальное опубличивание жизни церковной общины. Не всегда то, что мы в данном случае видим, лицеприятно. Но, опять же, давайте не уподобляться Хаму, давайте посмотрим на это с другой стороны. Непубличная религиозная община — это община сектантов. Церковь в советское время была поставлена в это положение настолько жестко, что и после падения Советского Союза на протяжении многих лет ни о какой публичности не было и речи. Сейчас картина действительно меняется. Да, периодически последствия от такой публичности могут выглядеть, как судебный процесс «священник Михаил Махов против Иваново-Вознесенской епархии», но, с другой стороны, эта проблема стала видна, следовательно, её можно решать.

Мы, православные, через эту публичность посмотрели на свою общину в России, и, наконец, увидели всё множество противоречий в мировоззрении, которое дробит нас на «политправославных», «уранополитов», «кочетковцев», «фроловцев», «холмогоровцев, «кураевцев» и многих прочих. И увидели, что в этой ситуации формула Блаженного Августина о единстве в главном, разномыслии во второстепенном и любви во всем, не всегда работает.  А врачевать эти проблемы нужно именно любовью. Хочется надеяться, что возникшая публичность поможет нам научиться любить, ведь только этим и может церковный человек привлечь ко Христу человека нецерковного. Своим умением любить ближнего, как самого себя. А мы, как оказалось, не очень-то это и можем... Хорошо, что и это стало заметно. Самое время учиться.

По большому счету, в проблемах, обнажившихся в церковной общине за этот период, нет ничего удивительного. Поскольку церковный социум — это часть и, во многом, отражение всего российского общества. Хорошо, что теперь мы стали одной из самых публичных его частей.

Интересные изменения произошли и в среде антиклерикалов. Намного пристальнее стало внимание с их стороны к деятельности священства и мирян. Намного жестче прессинг. И это очень серьезный сигнал. Это значит, что церковь стала сильнее, влиятельнее и значительнее. Это значит, что мы стали очень серьезным противником для тех, чье мировоззрение не допускает традиционной религиозности. Это значит, что все мы хоть чего-то, но достигли для вящей славы Святой и Соборной Матери нашей Церкви. Но также это означает, что впереди нас ждет еще более жесткое сопротивление любым нашим инициативам, еще большее количество конфликтов, казалось бы, на ровном месте. Это значит, что нам необходимо учиться быть мудрыми, как змеи, и наивными, как агнцы.

Намного пристальнее стало внимание со стороны антиклерикалов к деятельности священства и мирян

Впрочем, есть один большой плюс во всей этой ситуации. Церковь, ведя диалог со всеми социальными стратами, привлекает к себе и элиты: политические, культурные, экономические. И это не влечение к «куполам-колоколам», как в начале девяностых. Этот шаг в сторону Церкви люди делают после серьезных размышлений и анализа информации, которой сейчас стало больше. Ну а то, что информация не всегда позитивна, это тоже неплохо. Я, как сектовед, могу сказать, что если слышу о том, что там-то и там-то вообще все хорошо, меня это начинает сразу очень сильно настораживать. Не думаю, что такого рода подозрительность чужда и остальным людям в большинстве своем. А то давно бы уже все строем в ашрамы ходили карму шлифовать по стандарту какого-нибудь общефедерального гуру.

Церкви, то есть нам с вами, нужно учиться быть умнее, спокойнее, целеустремленнее

То время, которое уже предстоятельствует патриарх Кирилл, показало, насколько многому мы все должны научиться. На уровне азов христианской ортопраксии. Церковь может быть сильной. Может идти и в образование, и в социальную политику, и иметь свои суждения по поводу актуальных проблем в нашей стране, да и во всем мире. Это время показало, что Церкви, то есть нам с вами, нужно учиться быть умнее, спокойнее, целеустремленнее. Это время показало, что наша борьба за право быть титульной конфессией в нашей стране только началась. Что будет еще масса проблем, но мы в состоянии их решить. Бог с нами. И это главное.

Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 5 (3 голоса)

сам агностик... но вот Кирил как то не вызывает доверия...

вообще странно что опять обернулись к церкви... вроде мы прошли это... нельзя дважды войти в одну и ту же реку...

опять таки любые смуты возникают из за идеологических противоречий... а смута 17-ого во многом была не только заговором из вне но и глубоким противоречием церкви и народа... недаром железом и кровью библейская цивилизация к нам пришла... ну странно как то что церковь в неграмотной России обладавшая 100% монополией на все СМИ (для крестьян) допустила то что произишло... странно...

далее... церковь осознаёт что без поддержки власти не протянет долго... выход - монархия... тут 2 проекта национальный и интернациональный... покойный Алексий придерживался национального сценария, а Кирил интернационального...

[ответить]

Похоже что вы уважаемый "большой знаток" вопроса :)

[ответить]

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код