Георгий и Победа

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

Вот уже третий год накануне 9 мая проводится памятная акция "Георгиевская ленточка", чье название восходит в Святому Георгию Победоносцу.

Ленточка является репликой традиционного биколора Георгиевской ленты - двухцветной ленты к ордену Святого Георгия, Георгиевскому кресту, Георгиевской медали. И медаль «За победу над Германией» тоже носили на георгиевской ленте, а взятие Берлина пришлось на в канун весеннего праздника Святого Георгия.

Так Георгий Победоносец оказался неразрывно связан и с этой, самой главной русской Победой XX века.

Со времени Петра I святой Георгий прочно утвердился в московском гербе.После революции к образу святого Георгия Победоносца вернулись только во время Великой Отечественной войны. Поразительно, что битва за Москву началась в канун зимнего праздника св. Георгия, а взятие Берлина состоялось в канун весеннего. 6 мая 1945 года пришлось на Пасху, что восприняли как знак скорой победы, а через день была подписана капитуляция фашистской Германии. И медаль «За победу над Германией» носили на георгиевской ленте.

В старину праздник Георгия Победоносца был днем города Москвы. Только со времени Петра I святой Георгий прочно утвердился в московском гербе, который был создан в православной, а не в европейской геральдической традиции.

На Русь святой Георгий пришел из Византии вместе с принятием христианства. Уже сын св. Владимира Великого, князь Ярослав Мудрый принявший крещение под именем Георгий, положил традицию государственного почитания св. Георгия Победоносца. Согласно византийскому же обычаю изображать на монетах и печатях как самого правителя, так и его святого покровителя, на монетах Ярослава впервые появился образ св. Георгия - пешим, с нимбом, с мечом и щитом в руках. Он же основал и первые на Руси Георгиевские храмы. В 1037 году в Киеве был заложен Георгиевский монастырь. День освящения его собора, 26 ноября 1051 года, стал вторым, «зимним» праздником св. Георгия Победоносца. (По преданию, именно в этот день св. Георгий спас древнее Рахлинское царство, третье после Содома и Гоморры, которое Бог покарал за грехи, наслав гигантского змея).

Другим детищем Ярослава Мудрого стал знаменитый Юрьев монастырь под Новгородом. В 1170 году для него была написана древнейшая из сохранившихся икон cв. Георгия - по заказу сына благоверного Андрея Боголюбского, князя Георгия, правившего в Новгороде и ставшего первым мужем грузинской царицы Тамары. Ныне этот образ хранится на северном клиросе Успенского собора - Иван Грозный привез его в Москву.

Для Москвы же поистине судьбоносное событие произошло в конце ХI века, когда киевский князь Владимир Мономах нарек своего новорожденного сына Юрием - так св. Георгий Победоносец стал небесным покровителем основателя Москвы, князя Юрия Долгорукого (Юрий - от сокращенного Гюргия). Легенда гласит, что однажды по дороге из Киева во Владимир Юрий Долгорукий остановился в гостях у боярина Кучки. Прогневавшись за непочтительный прием, князь велел казнить его, но возлюбил его прекрасные владения и повелел поставить там город Москву. И будто бы дал в ее герб образ своего небесного покровителя - всадника, попирающего копьем змия.

Это, конечно легенда. Собственно герба у Москвы в те века не было, а древняя русская геральдика существовала лишь в виде великокняжеских печатей. На печати Долгорукого был изображен святой Георгий пешим и вынимающим меч - еще без змия. Но есть предположение, что св. Георгий стал небесным покровителем Москвы и ее князя и вправду на заре ее истории. Эмблема святого Георгия как московский великокняжеский знак впервые появилась при князе Юрии Даниловиче, старшем брате Ивана Калиты. В этом нет загадки - святой Георгий Победоносец был небесным патроном князя. Загадки начинаются дальше.

На монете великого князя Ивана Красного встречается образ пешего змееборца. На печати и монетах его сына, Дмитрия Донского, по данным историка В.Б.Муравьева, появился первый образ всадника с копьем. По другим данным, такой всадник появился на печати Василия I и с тех пор стал наследственным. Поскольку до начала XVIII века всадника называли просто «ездецом», то у исследователей сложились две полярные точки зрения. Одни считают, что это изначально и всегда был образ св. Георгия как покровителя московских князей и Московского княжества. Другие напротив, считают «ездеца» символом великого князя-воина, который лишь во времена Петра Великого стал ассоциироваться с Георгием Победоносцем.

Эти разногласия возникли из-за русской традиции изображать на печатях святых покровителей князей, но зачастую без нимба и в короне на голове, что дало повод увидеть в них изображения самих правителей. В годы монгольского ига образ князя-защитника, попирающего зло, был очень популярен на Руси. В то же время легенда о Георгии и змии воспринималась как символ победы христианства над язычеством. По всей вероятности, первые Георгиевские храмы в Москве стали возводить во времена Дмитрия Донского. Он сам повелел заложить благодарственный храм в Коломенском, возвращаясь с Куликовской битвы, где святого Георгия видели на поле брани, сражавшимся на стороне русских. Ныне это древнейший Георгиевский храм. А вот «Егорий на Посаде», по преданию, был основан Федором Кошкой, любимым боярином Дмитрия Донского и предком Романовых. Позднее он был обращен в Георгиевский монастырь, в память деда царицы Анастасии, боярина Юрия Захарьевича, и оставил имя Георгиевскому переулку между Тверской и Большой Дмитровкой.

Образ св. Георгия был на великокняжеских стягах Ивана III, с которыми он вышел на Великое стояние на Угру, и одержанную победу приписали покровительству святого. Иван III открыл новую эпоху в русской истории, которая ознаменовалась особенным почитанием святого Георгия. Дальновидный правитель понял значимость его образа для Москвы, которая собирала вокруг себя русские земли, созидая державное русское государство. Власть Московского государя под сенью святого Георгия становилась преемственной древнему Киеву. Еще в 1464 году над главными воротами города - на кремлевской Фроловской башне появилась белокаменная икона-горельеф св. Георгия, исполненная Василием Ермолиным, первым известным русским архитектором, хотя теперь его авторство опровергается в пользу венецианского мастера Якоба. Образ водрузили с наружной стороны башни, а с внутренней - образ другого покровителя Москвы св.Дмитрия Солунского, вверив Кремль под защиту святых воинов. Когда итальянские мастера построили новую башню, над ее воротами поместили образ Спасителя, и она стала именоваться Спасской.

Святого Георгия чтили и покровителем сельского хозяйства. Имя «Георгий» с древнегреческого означает «земледелец», и два его праздника ознаменовали цикл сельских работ на Руси: «Юрьем починают, Юрьем и кончают». Судебником Ивана III зимний Юрьев день был утвержден как день перехода крестьян от одного помещика к другому в двухнедельный срок: за неделю до праздника и в неделю после него. В назначенной дате был свой смысл. Во-первых, к этому времени оканчивались все полевые работы, и крестьяне могли произвести расчет с хозяином - именно отсюда пошло слово «объегорить», то есть обмануть при расчете. Во-вторых, в конце ноября устанавливался крепкий санный путь, что давало возможность передвижения. Так праздник святого Георгия оставался последним оплотом свободы русского крестьянина. Лишь при Иване Грозном были введены первые «заповедные» лета, запрещавшие этот переход, а потом запрет установили окончательно, и возникла известная поговорка «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день».

Наконец, при Иване III появился прообраз московского герба. На его печати 1479 изображен всадник, поражающий копьем змия. На знаменитой печати 1497 года такой же всадник был изображен на лицевой стороне, а на обратной - двуглавый орел. Отсюда явилось предположение, что образ всадника-змееборца был исполнен по византийским иконографическим образцам после женитьбы московского государя на Софье Палеолог. По другой версии, образ всадника заимствован с надгробия митрополита Феогноста в Успенском соборе, где было вычеканено чудо Георгия о змии, или же скопирован с кремлевской скульптуры - то есть согласно этому предположению на печати был изображен святой Георгий Победоносец. Но если о змии разногласий практически нет - в нем видели библейский образ зла и сил, противостоящих Руси, то во всаднике не все безоговорочно узнавали святого Георгия. Например, И.М.Снегирев считал его образом самого московского князя.

Интересен и такой факт. В 1534 году после денежной реформы Елены Глинской появилась копейка: на ней был изображен всадник с копьем, что оставило ей название (хотя в толковом словаре В.И.Даля предложено и второе возможное значение «копить»). В старинных описаниях монеты всадника с копьем называют образом «великого князя на коне». Нумизмат И. Г. Спасский установил, что образ всадника менялся по мере подрастания Ивана Грозного: на первых монетах у него нет бороды! При Иване Грозном на русском гербе всадник как эмблема Московского княжества, переходит на грудь двуглавого горла, как символ сплочения русских княжеств вокруг Москвы. Сами русские видели во всаднике образ государя - защитника России. Только иностранцы бесспорно считали его святым Георгием, благодаря сходству всадника с иконографическим образом св. Георгия Победоносца. В Европе он почитался покровителем рыцарства. Особенно чтили его в Англии, где святой был изображен на ордене Подвязки в образе конного змееборца. Англичане даже рассказывали легенду, что святой Георгий появился на Руси, когда английская королева Елизавета подарила Ивану Грозному этот орден. Существует и примирительная версия: древнемосковский всадник - это одновременно образ и святого Георгия, и московского государя.

Петр Великий первым из русских назвал всадника на московском гербе святым Георгием. В 1722 году император учредил Герольдию, которая должна была заниматься составлением городских гербов - эти гербы по замыслу Петра предполагалось изображать на знаменах войск размещавшихся в том или ином городе. «Для сочинения гербов» по рекомендации Якова Брюса пригласили пьемонтского графа Франциска Санти, знавшего геральдические правила. Тот мудро расценил, что успех придет лишь в том случае, если он не скопирует европейскую геральдику, а создаст русскую по русским традициям. К тому же, изучив Титулярник, русские печати и портреты государей, он увидел, что гербы на Руси фактически существуют, и это вызвало у него уважительное отношение к древним русским и московским эмблемам. Санти создал московский герб по рисунку государственной печати Алексея Михайловича и в традиции православной иконографии св. Георгия: всадник в полудоспехах изображался повернутым к зрителю правым боком, как и на иконах.

Вероятно, первый герб Москвы был составлен под личным наблюдением Петра Великого. После его смерти Санти ложно обвинили в заговоре против Петра II, и он отправился Сибирь. Одни считают, что его проект остался на бумаге, другие - что именно он был утвержден Сенатом в 1730 году как герб московских полков. Отныне всадник официально именуется святым Георгием. Эту традицию укрепил «женский период» русской истории: на престол одна за другой восходили императрицы и не могли ассоциироваться с всадником как образом государя.

В зимний Юрьев день 26 ноября 1769 года Екатерина II учредила военный орден святого Георгия как высшую награду за воинские доблести и проявленную личную храбрость на поле боя. Правило установленное статутом, гласило - «сей орден никогда не снимать, ибо заслугами оный приобретается». Императрица повелела ежегодно 26 ноября устраивать прием в Зимнем дворце в честь орденского празднования, для чего заказала на заводе Гарднера фарфоровый Георгиевский сервиз (все его предметы несли изображения орденских знаков и георгиевской ленты) и приказала устроить во дворце Георгиевский тронный зал.

А для Москвы эпоха Екатерины Великой ознаменовалась созданием официального герба с образом Георгия Победоносца. После реформы 1775 года, когда города обрели определенную самостоятельность, каждый город был обязан иметь собственный, высочайше утвержденный герб по аналогии со свободными городами Западной Европы. Товарищ герольдмейстера подполковник И.И. фон Энден чуть исправил уже имевшийся московский герб с всадником ближе к правилам западноевропейской геральдики, а именно переоблачил всадника из античных полудоспехов в полный панцирь средневекового рыцаря, но оставил его в левой геральдической стороне (правым боком к зрителю). В декабре 1781 года императрица утвердила герб Москвы - св. Георгий в золотом плаще на белом коне поражает черного змия.

Лишь в середине XIX века, когда потребовалось новое уточнение герба, он окончательно был создан по правилам европейской геральдики. Это пагубное изменение связано с деятельностью немецкого барона нумизмата Б.В.Кене, управляющего Гербовым отделением Департамента герольдии. Он невзлюбил русское начало в московском гербе и предложил изменить его «согласно с требованиями геральдики» - то есть европейской. Кене развернул фигуру всадника в правую геральдическую сторону (левым боком к зрителю), что противоречило русской традиции, ориентированной на православную иконографию. В Западной Европе такое геральдическое правило возникло по светским причинам: живые существа, например, всадник или лев, всегда изображались левой стороной к зрителю, дабы в бою или на турнире эти фигуры на щите рыцаря, который он держал в левой руке, не казались убегающими от противника. Еще Лжедмитрий I попытался «развернуть» московского всадника, но после свержения самозванца всадник снова был обращен вправо, и посягательство на религиозный источник московского герба казалось «мечтою иностранцев».

Незначительным исправлениям подверглись элементы герба. Плащ всадника вместо золотого стал лазоревым. Вероятно, это было желанием привести цвета московского герба в соответствие с цветами национального флага России: синий плащ, белый конь, красный щит. Копье увенчал крест как символ святого воина, а дракон из черного превратился в золотого с зелеными крыльями. Отечественные геральдисты были опечалены этими переменами - говорили, что именно московский герб как самый твердый и древний установившийся на Руси следовало охранять от произвольных новшеств. В 1883 году император Александр III утвердил измененный рисунок Большого Государственного герба с московским гербом на груди орла: всаднику были возвращены античные полудоспехи. В том же году был освящен храм Христа Спасителя где скульптура святого Георгия работы П. Клодта установлена на северном фасаде, посвященном заграничному периоду Отечественной войны до взятия Парижа - среди святых воинов и покровителей ратников за Отечество, без которых была бы невозможна великая победа.

Любимым в народе оставался иконописный образ св. Георгия Победоносца, воспринимавшийся как живой, святой символ древней Москвы. Иван Шмелев вспоминал услышанный им разговор двух подмастерьев: «Святой Егорий сторожит щитом и копием Москву нашу, потому на Москве и писан... Чего в сердечке у нашего орла-то? Москва писана на гербу: сам Святой Егорий, наш, стало быть, московский. С Москвы во всю Россию пошел».

После революции старый герб Москвы был упразднен. 27 февраля 1925 года Президиум Моссовета утвердил новый советский герб, составленный архитектором Д.Осиповым - Москва стала первым городом, получившим герб c революционной пролетарской символикой. Место св. Георгия заняла пятиконечная звезда, вместе с серпом, молотом и обелиском первой Советской Конституции (он стоял на месте памятника Юрию Долгорукому). Зубчатое колесо и ржаные колосья по овалу щита символизировали смычку города и деревни.

К образу святого Георгия Победоносца вернулись во время Великой Отечественной войны. Поразительно, что битва за Москву началась в канун зимнего праздника св. Георгия, а взятие Берлина состоялось в канун весеннего. 6 мая 1945 года пришлось на Пасху, что восприняли как знак скорой победы, а через день была подписана капитуляция фашистской Германии. И медаль «За победу над Германией» носили на георгиевской ленте.

В наше время восстановлена национальная особенность московского герба. 23 ноября 1993 года распоряжением мэра столице был возвращен ее исторический герб по образцу первого официально утвержденного герба Москвы 1781 года. Св. Георгий вновь развернут в традиционную для России левую геральдическую сторону. А первой каменной церковью Москвы, возведенной после советского перерыва в храмовом строительстве, стала церковь, посвященная святому Георгию - на Поклонной горе.
Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 5 (4 голоса)
Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

Где это автор усмотрела в XX веке какую-то "русскую победу"? Непонятно. Вот Чубайс, например, - победитель. Не будь той победы, он бы работал в сфере топлива и энергетики - добывал бы уголёк на шахте. Или вот Абрамович - тоже победитель. Не будь той победы, он бы торговал себе пластиковыми куклами, в чём его истинное призвание и есть. Иные, имеющие дедушек - бывших секретарей райкома на Кавказе, тоже победители. Не будь той победы, они бы сейчас страной не заправляли. Но перечисленные победители всё как-то нерусские. А хером ли брякала та победа истинным ветеранам войны, которые без рук да без ног клянчили по базарам и вокзалам, и которых взяли да согнали подыхать в специальные лагеря, чтобы вид не портили? Они-то да, были русские. И знаете, по поводу той победы от них ничего нельзя было услышать, кроме мерзкой брани.

[ответить]

Не будь той победы - и страны бы не было, где Чубайс уголек бы добывал и  заправлять было бы нечем. А главное, не будь той победы - и пили бы мы сейчас баварское пиво с сосисками, как истинно цивилизованные люди, да? Смердяковы всегда так и рассуждали.

[ответить]

Не могла бы уважаемая Елена объяснить, почему у Георгия на гербе нет нимба?

[ответить]

[ответить]

Ну, полно вам. Куда бы страна делась? Даже пресловутый Холокост не выдерживает никакой критики - версия о массовом истреблении евреев во времена 2-й мировой рассыпается при любом сопостовлении её с фактами. Да здесь хоть какие-то основания есть - действитльно, в Германии принимались и реализовывались установления, ограничивающие права евреев. Всевозможные же версии о готовящемся будто бы истреблении русских и других народов является уж совершенной выдумкой агитпропа. Десятки миллионов наших сограждан пережили оккупацию - и не подтверждают никакие "зверства" и "угнетения". Нет также ни одного документа, свидетельствующего о таких планах. Кончно, иноземная оккупаця - всегда зло. Какое добро можно ожидать от захватчиков?

[ответить]

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...