Башкирия: горькие плоды русофобии на примере Гузалии Галимовой.

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

Участвовать в обсуждении одного дикого поста не хотелось совершенно по многим причинам. Теперь, когда страсти улеглись, порок «наказан», а добродетель «восторжествовала», нужно внести некоторую ясность. Понимаем ли мы, что и сам пост теперь уже бывшего педагога, и реакция на него общественности – результат не только национальной политики, проводимой в РФ и в Башкирии, но и некоторых сдвигов в общественном сознании.

Первое: могла ли эта история в этом масштабе произойти где-то, кроме Башкирии? Написать нечто подобное мог кто угодно и где угодно, нечто подобное писалось, пишется и будет писаться повсеместно. Но именно так могло быть написано только в регионе, где права русских ущемляются в большей степени, нежели в других регионах. И такая быстрая и мощная реакция, соответственно, могла возникнуть только в регионе, где население привыкло к фактам пренебрежительного отношения к русским.

Полный русофобии пост не совсем здоровой на голову учительницы истории – это очередное доказательство порочности национальной политики, проводимой в Башкирии последние 20 лет. Вспомните сказочку, показанную на Президентской, подчеркиваю, Президентской ёлке накануне встречи 2012 года: титульный герой храбрец-удалец, русские богатыри ленивы и трусливы. Уж если былинные герои Илья Муромец, Добрыня Никитич и Алеша Попович (первые двое – реально существовавшие исторические личности, а Илья Муромец причислен к лику святых), то каковы же обычные русские мужички, спрашивается? Бедная учительница каждый день видела пример – в Башкирии русских можно оскорблять сколько угодно, и ничего за это не будет.

Совершенно не случайна специальность дамы. Если эта дама хоть раз побывала на курсах повышения квалификации историков и обществоведов, если читала статьи местных профессоров, если получала или слышала, как коллеги получают приказы по восхвалению русофоба Валидова как политика среди учащихся, то вывод она могла сделать только один – с русскими, как с карателями, оккупантами и колонизаторами (именно так их преподносит или преподносила местная историческая наука), можно не церемониться.
Реакция на пост тоже показательна. Слишком бурно, слишком эмоционально, слишком резко. И это объяснимо. Если русскоязычный родитель хоть раз держал в руках местные учебники по культуре титульного народа (назвать их учебниками по культуре Башкирии проблематично, так как львиная доля материала отведена исключительно титульным), если его ребенок вынужден делать домашнее задание по титульному языку дольше, чем по всем остальным предметам, вместе взятым, если его уже «достала» местная пресса и местное ТВ, то на подобный пост он среагирует более горячо, если б всего вышеописанного с ним не происходило. Сила действия равно силе противодействия – это закон физики, ничего более.
Тревожен факт – некоторые обыватели и даже общественники заговорили о применении к даме 282-ой статьи. Требуя применить к Галимовой именно 282ую, они становятся ничуть не лучше её и тех, кто её сделал такой. Поставить вопрос о соответствии занимаемой должности – да. Только ставить этот вопрос должны родители или коллеги Но требовать уголовного преследования – нет. Нельзя сажать плохого парикмахера за то, что он плохо стрижет, но не подпускать его к клиентам можно и нужно. Нельзя доверять учить детей истории и обществоведению даме с такими воззрениями – только не сажать же её за это, в самом деле.

Второе: Общественное сознание в России, а значит, и в таких её регионах, как Башкирия, начинает постепенно меняться. Русофобия, особенно воинствующая русофобия, больше не прокатывает. Поскольку русофобии в Башкирии было больше, чем в среднем по России, поскольку она поддерживалась на уровне местных властей (вспомните набившие оскомину бесконечные напоминания про башкирские восстания как средство наивного шантажа), и, сдается мне порой, не только местных, то и ответ на эту русофобию со временем может стать более выраженным. Русские медленно запрягают, но быстро едут.

Третье: Историческая наука в Башкирии больна. Да и многие учителя истории, как видим, не совеем здоровы. Заголовок официальной «Российской газеты»: Педагог-русофоб преподавать не будет. Интересно, не подаст ли в суд на «Российскую газету» уволившаяся учительница за слово «русофоб»? Если не знает, как это делается, пусть спросит у башнационалистов, тех, кто подаёт в суд на меня за это самое слово. Если слово русофоб может употреблять «Российская газета» по отношению к Галимовой, то почему этого не могу делать я, комментируя высказывания Кульшарипова? Нужны аргументы? Будут, будут вам аргументы, за 20 лет им понаписано немало.

Четвертое, самое неприятное. Ну почему школьные вопросы у нас решаются только через суд и прокуратуру? Есть получатель образовательной услуги, а именно дети и представляющие их интересы родители и опекуны, есть тот, кто эту услугу предоставляет, а именно школа или иное образовательное учреждение. Есть утвержденные государством нормы, стандарты, программы, планы, законы. Эти законы и стандарты, и программы в их неизменяемой, основной части должны быть едины для всей территории России. Всё! Больше никаких третьих, четвертых и пятых сил быть не должно. Все остальные, в том числе и Минобраз, могут только помогать, но не диктовать, не принуждать выбирать тот или иной учебный план.
Требовать увольнения злополучной училки-русофобки должны только родители или те общественные силы, которые предстааляюит родительские интересы с согласия родителей. Общественность могла бы им, родителям подсказать, как это делается, но требовать – только родители. Однако мы имеем что имеем. Родители бесправны и запуганы. Директоры школ за редким исключением, по большому счету, тоже запуганы и бесправны. Уволить Галимову, отдыхавшую в Турции предположительно в разгар учебного года, школа и хотела бы, но боялась «ненужной шумихи», жалоб и прочей канители. Ты ее уволишь, по судам затаскает
Пока что мы видим следующее: многочисленные общественные и иные организации влазят в образовательный процесс и все время чего-то требуют, требуют, требуют… Как титульные аксакалы (ну и словцо, однако), у которых по определению нет и не может быть русских детей, смеют требовать вместо родителей, что обязаны изучать русские дети?! Изучать то, что им не нужно, что не изучается в России повсеместно?
В случае с Галимовой то же самое – граждане , к 96-му лицею отношения не имеющие, взялись решать, кто а этом лицее работать может. Это не значит, что Галимова при таком русофобстве должна преподавать историю. Это не значит, что общественность должна молчать. Это значит, что образовательный процесс у нас несовершенен. И при таком образовательном процессе глас обществености уместен. Больше некому, увы.

Пятое, самое последнее. Каким местом думал директор 96-го лицея, принимая на работу эту особь? По блату принимал, или такой невосполнимый кадровый голод в уфимских лицеях существует? Кто учит российских деток? Чему учит? Есть ли служба хороших психологов с медицинским образованием, способная определить, годится тот или иной человек на должность учителя. И не только учителя, но и водителя, и участкового? Но если психологи такие же, как наши педагоги, то проку от них ноль. Вопрос-то, оказывается, общероссийский, а не сугубо местный.

Заключение

Есть над чем задуматься властям. Все эти сказочки на Президентских ёлках, вся эта негласно поддерживаемая властями русофобия, когда директоры школ и чиновники министерства в лицо предлагали русским в Рязань уезжать, когда в БИРО на курсах повышения квалификации дефектологов о русских оккупантах вещали – всё это даром не проходит. И местным властям это нужно учесть.

Бытовой, кухоный национализм у нас существовал всегда и среди всех этносов. В многоконфессиональном регионе бытовой национализм принимал несколько иные, чем в моноконфессиональном, формы. Два этноса, принадлежащие одной конфессии, могли объединиться против других этносов, принадлежащих к другой конфессии. Обычно непримиримые к друг другу этносы в необычных условиях солидаризируются. Относительно немногочисленные представители этноса, живущие вне пределов «своей» на «соседской» территории, не найдя «союзников» становятся более терпимыми и умеряют свой бытовой национализм. Имея «союзников», начинают группироваться и тянуть одеяло на себя. (Примеры можно найти в деятельности Ассамблей народов разных регионов. В Татарии, например, на тамошней Ассамблее требовали, чтобы русским на их мероприятия давали столько же денег, сколько, скажем, туркменам и вьетнамцам. То есть на мероприятие для двух миллионов русскоязычных жителей нужно столько же средств, что и на мероприятие для полторы-двух тысяч грузин). Сложно всё, тонко, неоднозначно.

И когда руководство многконфессионального и многонационального региона, где все этносы давно коренные и крупнейших этносов примерно поровну, публично принимает одну из сторон – рано или поздно быть взрыву. Речь не только о Башкирии, но и о ней тоже.

Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...