Операция "Вынос тела": 50 лет

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

Ровно 50 лет назад, в ночь с 31 октября на 1 ноября, на Красной площади состоялась ответственная операция, согласно резолюции XXII съезда КПСС: вынос тела И.В.Сталина из Мавзолея и его тайное ночное перезахоронение.

Открытка 1957 года [источник]

Ниже - несколько снимков по теме, два извлечения из Стенографического отчёта XXII съезда и выдержки из воспоминаний очевидцев.


1. Обставлялось это решение командой Хрущёва в самый последний день сьезда довольно сложно, с иносказаниями и привлечениями аргументов религиозно-мистического толка (иначе было непросто подвести, для психологии делегатов, убедительную базу под такое сакральное решение с массой непрямых последствий). Если бы проект решения был бы объявлен топорно, то риск осложнений для хрущёвской команды резко бы возрос, поэтому действовали тоньше. Открываем Стенографический Отчет XXII съезда КПСС на стр. 121 и читаем:

Сама резолюция съезда о выносе тела была принята сразу следом после этой речи Лазуркиной, примерно через 25-30 минут, после выступления Подгорного, который и озвучил проект резолюции. Это происходило 30 октября 1961 г., днём.

Спустя уже сутки (медлить с реализацией не стали, т.к. дело крайне щепетильное) произошло следующее. Слово ветерану "Альфы" первого набора Группы «А» майору в отставке Николаю Берлеву [источник]:

-----------
[...] —  На XXII съезде КПСС, проходившем в Кремле с 17 по 31 октября 1961 года, было объявлено о выносе тела Сталина из Мавзолея. Соответствующее предложение озвучил первый секретарь Ленинградского обкома партии Иван Спиридонов. Помню, пришел я с караула. Нас, группу кремлёвцев, пригласил командир роты майор Обидин: «Вам нужно прийти к самому коменданту Кремля, к генерал-лейтенанту Веденину». Ладно. Взял я свой караул и пришли к нему. «Эта форма сегодня вам не годится, — сказал Веденин, глядя на нас, — надо переодеться в рабочее. Вы будете выполнять задание Центрального Комитета партии по перезахоронению вождя народов Сталина». Так дословно и сказал.
Пришли мы, переоделись. За Мавзолеем выкопали могилу, и было это дня через четыре или пять после того, как о том объявили на XXII съезде. Вечер был. Принесли обыкновенный деревянный гроб. Я еще обратил внимание — никаких подстилок, ничего: подложка из стружек, обит красным материалом с черной полоской. Сталина раздели, сняли с него резиновый чехол (когда его в понедельник и в пятницу обрабатывали, то приезжали из Института бальзамирования и проводили профилактику), переложили в гроб. Потом срезали золотые пуговицы (их заменили на латунные), погоны генералиссимуса… Отстегнули с мундира Золотую медаль «Серп и Молот» Героя Социалистического Труда. Тело накрыли муаровой материей темного цвета, оставив открытыми лицо и половину груди.

— А почему срезали погоны?

— На них было много бриллиантов, пуговицы — платиновые… Все это было срезано и передано дежурному.

—  Скажите, вот вы — ребята все молодые, парни из рабочих районов или сельской местности, что переживали в тот момент? Какое было чувство?

—  Смятения… У всех было угнетенное, подавленное состояние. Мы то знали, как все преподносилось. И потом, когда на XXII съезде еще раз объявили о культе личности Сталина и приняли решение о выносе, то чувства были двоякие. Руководители страны, несомненно, отдавали себе отчет в том, что их решение о выносе тела Сталина из Мавзолея может расколоть общество, спровоцировать беспорядки.

— Кто присутствовал на перезахоронении?

—  Прибыла правительственная комиссия по перезахоронению, которую возглавлял член Политбюро ЦК Н. М. Шверник. С ним были В. П. Мжаванадзе — глава ЦК Компартии Грузии, А. Н. Шелепин — Председатель КГБ, П. Н. Демичев — первый секретарь Московского горкома партии, Н. А. Дыгай — председатель горисполкома Моссовета, другие. Тут же находились А. Я. Веденин, командир Отдельного полка специального назначения комендатуры Московского Кремля Ф. Т. Конев, комендант Мавзолея К. А. Мошков и начальник Девятого управления КГБ Н. С. Захаров. Еще были специалисты из института, который занимается бальзамированием, дежурные офицеры.

— Родственники Сталина?

— Их не было ни в Мавзолее, ни у могилы. В 22 часа 10 минут поступила команда. Восемь офицеров Кремлёвского полка через боковой выход вынесли гроб из Мавзолея. Гроб заколотили, и мы на веревках предельно аккуратно опустили его в могилу, потом забросали землей. По русскому обычаю несколько офицеров украдкой бросили по горсти земли… Сверху поместили плиту из белого мрамора с лаконичной надписью: «Сталин Иосиф Виссарионович 1879-1953». На нее кто то положил цветочки. Вот так вот, оказывается, вершится история.
…Комендант Кремля Веденин предложил появившемуся Анастасу Ивановичу Микояну зайти в усыпальницу, где был накрыт поминальный столик, однако тот, хорошо это помню, махнул рукой. Рассказывали, что когда гроб с телом Сталина накрывали крышкой, Шверник зарыдал.

— Могилу, значит, сами копали?

— Сами, могила глубокая была. К ней на руках поднесли тяжелые толстые железобетонные плиты размером около одного метра на семьдесят пять сантиметров, чтобы выложить ими подготовленную яму. Я еще спросил у людей, которые занимались бальзамированием, сколько пролежит Сталин. Они сказали, что тринадцать лет.
Через какой то промежуток, когда все было кончено, позвонила Фурцева, и мой товарищ Виктор Басов ей доложил, как прошли похороны. Причем представился: «сержант Басов». Комендант Веденин ему выговорил: «Ты не представляйся сержантом, а говори просто — дежурный».

— Какая то охрана была?

— За правой и левой гостевой трибуной находилось по роте автоматчиков со снаряженными магазинами — все готовились к любой возможной провокации, но ничего не произошло. Под предлогом репетиции парада к 7 го Ноября оцепили Красную площадь. Усиленные наряды сотрудников милиции и работников госбезопасности в штатском перекрыли все подходы. Мавзолей, а также вырытая могила были закрыты фанерными щитами, пространство осветили сильным прожектором. Пока мы выполняли порученное нам задание, на Красной площади под военный оркестр шла боевая техника, тренируясь к Октябрьскому параду. Невольно получилось, что это был последний, траурный парад в честь похорон вождя.

— Так ведь все в секрете делалось.

— Конечно! Народ волновался. Население было взбудоражено, выражалось недовольство решением съезда и тем, что партия и правительство, как всегда, не сочли нужным посоветоваться с народом. Было это все в канун Октябрьских праздников. Саркофаг разобрали. На каменный фронтон с надписью «Ленин — Сталин» положили плиту ДСП, на нее наклеили специальную пленку «под мрамор». Естественно, на ней значилось уже одно имя. У меня в архиве сохранилась любопытная фотография: был сильный мороз, иней… и под словом «Ленин» проступило другое — «Сталин».
Сами изменения, о которых идет речь, были произведены в пятницу вечером, а в субботу уже началось посещение Мавзолея. Как ни в чем не бывало. Вопреки ожиданиям, новость о выносе тела Сталина из Мавзолея страна восприняла достаточно спокойно, хотя всего за несколько лет до этого «любимого вождя всех народов, отца и учителя» со слезами на глазах хоронила вся страна.
…Когда я строил дом, и мне был нужен окол для отделки цоколя, я поехал на фабрику в подмосковный город Долгопрудный. Сделав заказ, ходил по территории — ожидал, когда мне загрузят окол, и наткнулся на камень, на котором читалось: «Ленин— Сталин».

— Тот самый?

— Да. Его расковыряли — из букв вытащили рубины. Потом я как то сказал тележурналистам: поезжайте, мол, в Долгопрудный и посмотрите на первоначальный камень. Ведь это тоже история. История нашей страны.
[...]
-----------

2. А вот тот самый "камень", о котором упомянул Н.Берлев. Гранитная плита с Мавзолея, насколько я понял, уцелела в жерновах Истории (согласно снимку с сайта "Фотографии Старой Москвы").

Источник

Из воспоминаний генерал-полковника Н.С.Захарова, который в 60-е годы был первым заместителем председателя КГБ при СМ СССР, начальником 9-го Управления КГБ (охрана правительства) [источник]:

-----------
[...] Гроб сделали в тот же день. Древесину обтянули черным и красным крепом, так что выглядел он очень неплохо и даже богато. От комендатуры Кремля к 18 часам было выделено шесть солдат для рытья могилы и восемь офицеров для того, чтобы выносить саркофаг из Мавзолея в лабораторию, а уж потом гроб с телом установить в могилу. Ввиду особой деликатности поручения я попросил генерала А.Я.Веденина подобрать людей надежных, проверенных и ранее хорошо себя зарекомендовавших. Веденин, в прошлом командир стрелковой дивизии, был старый служака и прекрасно знал, как ему подобрать людей. Всех отобранных тщательно проинструктировали и предупредили о неразглашении поручаемой им работы. Нашлось дело и для начальника хозяйственного отдела 9-го Управления полковника Тарасова. Для маскировки ему было поручено закрыть фанерой правую и левую стороны за Мавзолеем, чтобы место работы не просматривалось со стороны.

В то же время в мастерской Арсенала художник Савинов изготовил широкую белую ленту с буквами «ЛЕНИН». Ею надо было закрыть на Мавзолее надпись «Ленин–Сталин», пока не сделали постоянную надпись из мрамора.
[...]

Шверник меня предупредил, что комиссия приедет к 21:00. Шелепин и Демичев приезжали заранее и интересовались ходом работ. Чувствовалось нетерпение и желание поскорее закончить эту неприятную процедуру.

Когда все члены комиссии, кроме Мжаванадзе, в 21 час прибыли в Мавзолей, Сталин в форме генералиссимуса еще лежал на постаменте в саркофаге. Восемь офицеров взяли саркофаг и понесли его вниз, в подвал под Мавзолеем, где размещается лаборатория. Кроме членов комиссии здесь же находились научные сотрудники, которые до этого наблюдали за состоянием бальзамирования Сталина. Но в этой ситуации их знания и опыт были уже бесполезны. С саркофага сняли стекло, и офицеры аккуратно переложили тело Сталина в гроб. Помню, заметил, что даже на бальзамированном лице Сталина все равно прорисовывались ос­пинки...

Никто не приказывал Сталина раздевать. Не только мундир генералиссимуса, но и вообще никакой одежды на нем не трогали. Единственное, Шверник приказал снять с мундира Золотую Звезду Героя Социалистического Труда (другую свою награду – Звезду Героя Советского Союза Сталин никогда не носил, поэтому в саркофаге ее не было). Еще председатель комиссии распорядился заменить золотые пуговицы мундира на латунные. Все это выполнил комендант Мавзолея Машков. Снятую награду и пуговицы он передал в специальную охранную комнату, где хранились награды всех захороненных у Кремлёвской стены.

Но вот драматическая ситуация начала приближаться к развязке. Когда гроб с телом Сталина накрывали крышкой, Шверник и Джавахишвили зарыдали. Потом гроб подняли, и все двинулись к выходу. Расчувствовавшегося Шверника поддерживал телохранитель, за ним шел Джавахишвили. Плакали только двое.
В обитую фанерой могилу офицеры осторожно опустили гроб. Кто-то бросил горсть земли, как полагается, по-христиански. Могилу зарыли. Сверху положили ту самую плиту из белого мрамора. Потом она еще долго накрывала могилу, пока не поставили бюст.
[...]
-----------

3. По иронии Истории, тот, кто "рыдал", тот и вёл то историческое заседание съезда, на котором было принято это решение. И там Шверник, и тут Шверник. Из Стенографического отчёта (стр. 114):


4. Вот так выглядело место захоронения Сталина до начала 1970 года, пока к 90-летию Генералиссимуса не установили памятник (архив Life, предположительно весна 1962 года).


5. Кстати, далеко не всё знают, что торжественное чествование первых советских космонавтов Юрия Гагарина (апрель 1961) и Германа Титова (август 1961) происходило ещё на Мавзолее Ленина - Сталина. Вот ещё фото из "Лайфа", 15.04.1961:


6. А это советское фото от 15 апреля 1961 (автора не установил), тут общая диспозиция видна гораздо чётче:


-----------
Последствий этого решения было довольно много, особенно в долгосрочной исторической проекции. Одно из них - окончательный советско-китайский идеологический разрыв, когда Чжоу Энь-Лай демонстративно покинул сьезд в середине его проведения, узнав о готовящейся акции:

Китайская делегация, досрочно покинувшая съезд, устроила публичную демонстрацию несогласия с антисталинской истерией «хрущевцев». В канун отъезда из Москвы делегация КНР (уже без Чжоу Энь-Лая, улетевшего ранее - periskop) добилась разрешения возложить венок к месту захоронения сталинского праха с надписью на русском и китайском: «Великому марксисту И. Сталину в знак того, что китайские коммунисты не согласны с политикой Хрущева и его действиями в отношении товарища Сталина» («Жэньминь жибао», Пекин, 7 ноября 1961; 29 сентября 2009).
Советско-китайский разрыв стал свершившимся фактом, что отрицательно повлияло на ситуацию в СССР и КПСС и на их международные позиции.
[+]

* * *
Кстати, мудрые китайцы "урок Хрущёва" учли, и в 1982-м, когда аналогичный вопрос встал ребром и у них, Мао остался в Мавзолее и была принята компромиссная формула "70% побед, 30% ошибок". Причем решительно настоял на этой формуле сам архитектор китайских реформ Дэн Сяо-Пин, трижды пострадавший от репрессий периода Мао. Как сказал мне один хабаровский аспирант из Шэньяна в 2001-м - "нам нельзя было делать это грубо, как вы - ведь Мао у нас одновременно и Ленин и Сталин. Иначе стабильность бы безвозвратно рухнула, а хаотическое брожение умов - это конец страны".

Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...