Эра русских ценностей

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

В речи Дмитрия Медведева многое сказано впервые. Иногда речь идет о крупных смысловых блоках, иногда о нюансах, имеющих однако очень большое значение. Медведев говорит не о намерениях России изменить мир, сделать его разумнее и справедливее, а о том, что она именно сейчас именно этим и занята. Не о намерении стать великой державой, одним из главных полюсов многополярного мира, а о том, что она таким полюсом давно является. Это оттенки, но они характерны. До пятидневной войны на Кавказе тональность была другой. Слова все те же, вроде бы, но к ним прибавилось ощущение права на такой свой образ, причем право уже реализованное и уже доказанное.

А есть и новые слова. Скажем, в опубликованном весной 2007 года МИД РФ "Обзоре внешней политики Российской Федерации" слово "интересы" упоминается в нем  107 раз, а "ценности" - всего 4, слово «идеал» не употребляется вовсе. Медведев же начинает свою речь с того, что подробно говорит о наших ценностях, причем во всех планах. Подразумевает это и внешнеполитические ценности. Решения по новопризнанным республикам он объясняет только моральным основанием, другие мотивы даже не приводятся: «Защита малых народов. И признание независимости Южной Осетии и Абхазии - это, кстати, пример такой защиты», - говорит Медведев. «Наш народ духовно и нравственно богат. Нам есть чем гордиться, есть что любить. Есть что отстаивать и что защищать, есть к чему стремиться. Поэтому мы не отступим на Кавказе. Поэтому мы преодолеем последствия мирового экономического кризиса и выйдем из него ещё более сильными».

Медведев очень правильно говорит о том, что находится в стадии зарождения, как об уже сбывшемся. Мы все понимаем, что Россию можно назвать великой державой еще только с некоторой натяжкой. Неизвестно, например, сколь быстро России удастся перестроить свою экономику, стать промышленной и высокотехнологической державой. А без этого она не самодостаточна, а значит и не вполне занимает то место, на которое претендует. Но повторяя как заклятье, что мы достигнем всех своих целей, мы заставляем себя в это верить и будем действовать в соответствии с ними. Россия имела всего один опыт зримого, ощутимого проявления своего идеала из своего огромного арсенала внешнеполитических идеалов (Сербии реально она ничем помочь не могла), но этот прецедент закрепляется как идеальный стереотип - действовать во имя благих целей. Этого требует патриотизм, без которого Россия скатится вниз: «При самом трезвом, критическом взгляде на отечественную историю и на наше далеко не идеальное настоящее. В любых обстоятельствах, всегда - вера в Россию, глубокая привязанность к родному краю, к нашей великой культуре».

Единственное слово, которое Медведев еще не сказал, это «миссия», в частности «внешнеполитическая миссия». Но подошел к самому краю, когда слово будет сказано. Вот как он говорит: «Речь идёт о народе с тысячелетней историей, освоившем и цивилизовавшем огромную территорию. Создавшем неповторимую культуру. Мощный экономический и военный потенциал. Действующем на прочной основе выработанных, выстраданных, выверенных за века ценностей и идеалов. Президент России - это очень конкретная и практическая работа. Но скажу откровенно, исходя уже из собственного опыта: принимать решения, от которых зависит жизнь (в самом прямом смысле этого слова), благосостояние, здоровье тысяч людей, а также репутация и судьба великого народа, очень непросто. И, принимая их, твердо нужно знать: есть вещи, которыми нельзя поступиться, есть вещи, ради которых нужно бороться и побеждать. Это то, что дорого вам, дорого мне, дорого нам всем. То, без чего мы не можем себе представить нашу страну».

Медведев очень правильно ставит цель, к которой должна стремиться страна. Она должна быть самой-самой. В случае с реформами 1990-х, их отторжение массовым сознанием наметилось в тот момент, когда оказалось, что таким путем мы "приспосабливаемся к мировому сообществу", встаем в затылок длинной очереди стран третьего мира пытающихся попасть в "первый". Провозгласи кто-нибудь из реформаторов в лозунг создания в России "самой демократической демократии" и "самого рыночного рынка", и, возможно, история 1990-х выглядела бы иначе. Но к тому моменту уже вовсю разыгрывался оборотный, кризисный  негативный "образ мы": "Да кто мы такие? Нам что - больше всех надо? Страна дураков и жуликов". Если для американцев, например, обратная сторона "образа мы", обратная сторона "американской мечты", это признание ее несбыточности, осуждение Америки за несоответствие собственным идеалам, то у русских активация негативного образа ведет к полному самоотрицанию, к отказу себе как народу в праве на существование, к "нигилизму". Чаадаев, резюмируя свои размышления в двух словах - "мы ничтожны", проявлял себя как нельзя более русским мыслителем.

Медведев, являясь не менее русским утверждает прямо противоположное: "Мы знаем, Россия будет процветающей демократической страной. Сильной и в то же время комфортной для жизни. Лучшей в мире для самых талантливых, требовательных, самостоятельных и критически настроенных граждан". Такова наша этническая психология: или так, или так. Посередке мы жить не умеем.

Только тот дискурс, который использует Медведев может вернуть нас к годам всенародного энтузиазма, избавленного при этом от тоталитаризма и атеизма. С культом справедливости, о которой президент подробно разъясняет на все лады, и которая для русских одна из самых высших ценностей, и со свободой (точнее было бы сказать - волей), которую русский народ познал и уже от нее не откажется, вопреки тому, что самые вольные годы бывали для него и самыми тяжелыми.

Русская культура ставит для человека очень высокую планку. Столь же высокую планку она ставит и для народа в целом. Для выстраивания внутренней жизни народа и для формирования комфортных межэтнических отношений (коль мы живем в окружении множества разных народов) нам нужно осознание своей миссии в мире.  Потеря же роли харизматического лидера делает весь русский народ абсолютно несчастным, в нем пробуждаются все его комплексы, обиды по отношению к другим и презрение к себе самому. Достижение же миссии, взваливание ее на свои плечи, разрешение ради нее сверхзадач, безусловно, делает жизнь русских тяжелой, но в то же время счастливой и легкой. Чем труднее и непосильнее русский народ берет себе задачу, тем душевно легче ему живется. Если доминирующая в данный момент культура не требует от русских самоотдачи, то декомпенсируются его психологические защитные механизмы, что мы наблюдали в девяностые годы прошлого века.

Русский народ, как народ имперский, всегда несет на своих плечах сверхзадачу, которая много от русских требует. Русские способны, опять же как имперский народ, к серьезному перенапряжению сил. Русские чувствуют ответственность, но она их не угнетает, поскольку в самой основе русской психологии задано, что русские за многое в этом мире отвечают. Это состояние вполне комфортное.

Не случайно президент начал свое послание именно с темы ценностей. Для русского склада ума все остальное вторично.

Ваша оценка: Ничего
Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

Центристы, серое и безмысленнное русское (по крови, но не по духу и, тем более, не по совести) большинство в Думе и прочих властных институтах не препятствует и даже поддерживает эту политику радикальных неолибералов.

Мэры и губернаторы также с идиотическим воодушевлением отмечают «многонациональный» состав оказавшихся в их власти мегаполисов.

[ответить]

[ответить]

У меня есть сын. Его любимый мультфильм "Ну погоди"/ Том и джери смотрит, но эмоций не ощущает, только изучающе как нечто очередное незнакомое.

Наши, Русские дети, не впитывают то, чем нас кормили в прошлом веке. Выбор сделан на сакральном уровне. Мы, сами того не подозревая,  сьели все, что нам поднесли на блюдце и тем самым оградили детей. Можно было спасти много мужей и жен в 90-е, но сдругой стороны, определенно, сито реальности оставило слабых и маломудрых в тех временах. Будущее за следующим поколением ,естественно, а мы должны приложить максимум усилий к тому, чтобы каждый родитель ростил в своем чаде мудрость, честь, совесть, любовь. Корни есть у нас, а вот вершки посрезали. Берегите детей! Хранит вас Бог.

[ответить]

Начну с хорошего - Лурье автор очень интересной теории о "этнических константах", и её компетентность в вопросах связанных с этническими явлениями вне какого либо сомнения, в отличии от огромного количества авторов, в статьях которых непрерывно натыкаешься на разные глупости даже в связи с самыми важными вопросами.

Но печальное это то, что судя по всему, Лурье не знакома с точкой зрения Бярдяева  о коренных чертах русского мировоззрения - иначе она не могла сказать "Только тот дискурс, который использует Медведев может вернуть нас к годам всенародного энтузиазма, избавленного при этом от тоталитаризма и атеизма."

[ответить]

Всё как разтаки наооборот, уважаемый Artur, именно создание своей идеи за что ратует Лурье, и может остановить ,,смерть нынешнего государства".

 Бердяев, товарищи очень интересный... и писал он в период когда требовалось осмыслить катастрофу 17 года, поэтому воле не воле он подошёл к этому вопросу с катастрофической позиции. 

А вот работы Саркисянца не читал, надо посмотреть, спасибо за новое имя. 

[ответить]

Для того чтобы рассуждать о русских ценностях,нужно быть русским.

[ответить]

Сразу видно, что этот комментарий писал еврей.

[ответить]

О чём это она? Справедливость? Какая еще справедливость может быть при нынешнем режиме? Это когда некто полонский завозит массу таджыков, поднимает таким образом миллиард, потом таджыков за ненадобностью выкидывает, а всем прочим предлагает пойти в жопу? Или может когда оперирующий хирург получает 8 тыщ (восемь тысяч рублей), а прохоров-куршавельский пьет вино по десять тыщ евров за бутылку. Наверное справедливость это когда учительницу судят за то, что она не въехала кто есть who, и имеет наглость не поставить пятерку отпрыскам торговца овощьми. А какие шансы сейчас найти справедливость в суде? Никаких. Так о какой вообще справедливости идет речь? Ага, медвед сказал- да будет справедливость, и пошла сплошная справедливость...

[ответить]

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...