Выселение Института философии РАН — это трагедия

Когда я десять лет назад впервые пришел в Институт философии РАН по адресу ул.Волхонка, 14, то первое, что я услышал – это что сам Институт могут выселить в какое-то другое неведомое здание и чуть ли не на окраину.

В качестве инициаторов этого выселения назывались самые разные структуры, но однажды стало ясно, что речь идет о ГМИИ им. Пушкина, желающем собрать практически все соседние здания. При этом Институт философии занимает здание на Волхонке по договору аренды до 2019 года, а это значит, что до этого срока никаких разговоров о переезде в другое здание быть не должно.

Для любого человека, имевшего хоть какое-то отношение к Институту философии, это выселение представляется реальной трагедией, мысль о которой хочется отодвинуть подальше. Каждый год говорили о том, что вот-вот это выселение произойдет, что мы чуть ли не в последний раз заходим в здание на Волхонке, и вот эти предупреждения стали реальностью — теперь уже почти никто не верит, что катастрофа обратима.

Почему это выселение Института философии является катастрофой? Потому что Институт философии располагается в здании на Волхонке все 80 лет своего существования и другого места у него никогда не было. С тех пор, как постановлением ЦИК СССР от 24 апреля 1929 года Институт философии тогда ещё Комакадемии разместили в этом здании, это место стало центром научно-философских исследований, и для многих поколений это здание стало родным домом, — здесь учились и сдавали экзамены, поступали и выпускались, защищали дипломы и диссертации, а те многочисленные и весьма драматичные мировоззренческие баталии, которые проходили здесь все 80 лет, стоят отдельного многотомника.

Конечно, колоссальное значение имело обаяние самого этого места — c этим домом, бывшим изначально усадьбой Голицыных, связано много легенд из истории русской культуры: в XVIII веке здесь останавливалась Екатерина II, в 1812 году этот дом чудом спасся от пожара, потом здесь квартировали разные мыслители и писатели. Например, в 80-е годы XIX века здесь жили славянофил Иван Аксаков и либеральный консерватор Борис Чичерин, — с 2004 года Институт украшают две мемориальные доски в их честь. Что касается ХХ века, то вся история русской философии прошла через этот дом.

Кроме этого, необходимо также учитывать два принципиальных факта. Во-первых, Институт философии — это не просто замкнутый на самом себе НИИ, это центр философской мысли России вообще, — здесь регулярно, практически ежедневно проходятся открытые семинары и конференции самого разного уровня, в том числе международного, и на самые разные темы, в том числе остро социальные и политологические.

Редкий московский интеллектуал не участвовал в этих семинарах и конференциях, и не имеет представления о научных масштабах этого Института. Во-вторых, в здании Института философии работают не только ученые-исследователи, здесь еще располагается два факультета, а именно философский и политологический Государственного академического университета гуманитарных наук (ГАУГН), где студенты учатся пять лет по классической программе, а некоторые из них потом продолжают обучение в аспирантуре этого университета, созданного специально для обновления кадров РАН. Таким образом, выселяя Институт философии, государство выселяет два университетских факультета, которым нужно достаточно много просторных помещений. В здании на Волхонке эти помещения есть, а вот хватит ли их в другом здании, это большой вопрос.

Чем грозит выселение Института философии в другое здание? Во-первых, как я уже сказал, дефицитом академического пространства, — перенести Институт собираются в какое-то из зданий РАН, что, с одной стороны, унижает сотрудников Института философии, поскольку 80 лет они работали в отдельном здании, а с другой стороны, притесняет сотрудников того института РАН, куда переведут Институт философии, то это этот переезд чреват психологическим конфликтом.

Во-вторых, есть еще одно следствие, о котором наша власть, по всей видимости, не догадывается — это потенциальное возрастание оппозиционных настроений в философской среде, что, на первый взгляд, звучит довольно смешно, но на выходе может обернуться тем, что идеологическая поддержка власти в философских кругах будет выглядеть моветоном. Конечно, философски мыслящим людям не свойственно поддаваться временным эмоциям, но все-таки психологический фактор нужно учитывать.

Теперь возникает два принципиальных вопроса. Вопрос первый — куда конкретно переведут Институт философии? Институт философии нуждается в отдельном здании, ни одно из возможных зданий Москвы не заменит ему Волхонку/14, и если новые помещения будут располагаться где-то на окраине города и их будет не хватать, то это будет реальной катастрофой. Вопрос второй — почему ради ГМИИ им. Пушкина можно будет выселить Институт философии РАН, а вот соседствующий с ним центр Рерихов благополучно сохраняет свои позиции? Ведь рериховщина — это не просто собрание весьма специфических картин, это ещё так называемое «эзотерическое» учение, осужденное Русской Православной Церковью. Эти вопросы остаются открытыми.

Наконец, очень сложно себе представить, что в бывшем здании Института философии будут выставлять слепки с античных скульптур или картины эпохи классицизма, — скорее всего, новые помещения будут отданы на выставки так называемого «современного» или, что еще хуже, «актуального» искусства, и если это будет так, то подлинные заказчики выселения Института философии станут очевидны.    

Аркадий Малер, православный философ, председатель Византийского клуба  

• Добавить комментарий

Комментарии: