Реакция Вассермана вып. 13

Версия для печатиОтправить по emailВставить в блог
 
Copy to clipboard
Close

Эфир 16.02.2013.

На этой неделе Анатолий Вассерман и Егор Холмогоров обсудят антитабачный закон, отставку папы римского и опасное американское мясо.

Сценарий программы.

Холмогоров:

Здравствуйте, с вами я, Егор Холмогоров, и вместе с Анатолием Вассерманом мы обсудим острые темы недели.

Мясо раздора

В российско-американских отношениях появилась еще одна точка напряженности. С одиннадцатого февраля в России введен практически полный запрет на поставки мяса и мясной продукции из США. Причиной столь жесткого решения стало использование американцами стимулятора роста — рактопамина. Проникая в организм животного, он ведёт к росту мышечной ткани, а вот какие последствия он может иметь для человека — до конца не изучено. США не поставляют продукты с рактопамином в ЕС, что является косвенным признанием недоказанной безопасности. А вот Россию американцы, похоже, воспринимают как свалку отходов. Это если не подозревать их в прямой злонамеренности. Российский запрет в США называют нарушением правил ВТО. Насколько опасно американское мясо. Посмотрим сюжет.

[Сюжет]

Вассерман:

Прежде чем рост численности человечества остановится, оно вырастет ещё минимум вдвое. Если мы не хотим массовых войн за продовольствие, нам надо искать и внедрять новое на всех направлениях хозяйствования. Так что мне понятна американская страсть к стимулированию сельского хозяйства всеми способами — от химических добавок до генных модификаций. Однако существуют и постоянно совершенствуются способы проверки безопасности всего нового. Для тех же генных модификаций создана такая система контроля, какую не всякий естественный организм пройдёт. Американцы говорят: русские отказались обсуждать безопасность рактопамина, а вместо этого просто запретили ввоз мяса. Так ведь обсуждать-то пока нечего! Рактопамин не прошёл всего цикла проверок, разработанных для добавок, употребляемых в животноводстве — значит, его употреблять нельзя. Правда, американцы продавили через Всемирную организацию здравоохранения установление предельных норм использования рактопамина — но ведь научные вопросы голосованием не решаются! Кстати, и голосование вышло хлипким: перевес всего в два голоса. Так что американцам надо сперва провести все положенные исследования, а уж потом сажать своих быков и индюков на эту химию. Кстати, рактопамин вроде бы безобиден: всего лишь способствует ускоренному росту мышц по сравнению с прочими тканями. Но любой спортсмен знает, сколь опасно такое несбалансированное развитие. Быку всё равно идти на убой. А человек, поневоле оказавшийся в роли бодибилдера, тоже должен на бойню отправиться? Нет уж, сперва пусть американцы докажут, что в мясе этот химикат не сохраняется и в наши организмы не попадёт, а уж потом могут жаловаться на то, что мы избежали одной из множества ловушек, заложенных в правила Всемирной торговой организации в которую столь поспешно и необдуманно вступили.

Холмогоров:

Замечу, кстати, что сам в своё время пострадал от каких-то гормонов, которыми в начале лихих девяностых пичкали американские куриные окорочка — ножки Буша. Буквально за один год нашей тогдашней полуголодной жизни на этих окорочках я сильно вырос, а вот сосуды и соединительные ткани за ростом костей и мышц не поспели. Приходится расплачиваться за это головными болями, скачками давления и повышенной утомляемостью.

Депутаты отыгрываются на курильщиках

Холмогоров:

Впрочем, ещё хуже бывает, когда в помещении сильно накурено. Я сам никогда не курил, к чужому дыму привычен, но есть ведь и такие курильщики, которые способны задымить пространство на много метров вокруг. Вот от них и обещает защитить нас госдума, приняв жёсткий антитабачный закон. С 1 июня 2013 запрещается курение в школах, вузах, театрах и других учреждениях культуры, на стадионах и в спортзалах, на детских площадках и пляжах, в больницах и санаториях, в органах государственной власти и местного самоуправления, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, на автозаправках. С 1 июня 2014 года будет запрещено куренить в поездах дальнего следования, на судах, в гостиницах, кафе, ресторанах, рынках, на вокзалах.

Вассерман:

На мой взгляд, этот закон устанавливает нелепо жёсткие нормы. Запрещено создавать курительные комнаты в учреждениях, предприятия общественного питания для курящих. Запрещаются и те формы потребления никотина, что вовсе не угрожают окружающим: жевательный табак, нюхательный табак, ингаляторы никотина — так называемые электронные сигареты. То есть закон нацелен не на защиту некурящих, а именно на ущемление курящих.

Холмогоров:

Впрочем, в безобидности электронных сигарет уверены отнюдь не все. Посмотрим сюжет.

[Сюжет]

Вассерман:

Запрет рекламы курева, как показывает весь мировой опыт, обеспечит не сокращение курения, а только стабильность положения уже существующих табачных компаний и уже раскрученных марок. Парламентарии — и у нас, и во всём мире — постоянно кричат о табачном лобби, препятствующем благородной борьбе с отравой. Но насколько я могу судить, табачному лобби как раз выгоден запрет рекламы — он сокращает конкуренцию на этом рынке. Я сам два десятилетия курил и уже более двух десятилетий не курю. То есть побывал по обе стороны дымовой завесы. И считаю нынешний закон достигающим только одной цели — укрепления положения табачных монополий и самих депутатов. А ещё предлагаю задуматься над статистикой Соединённых Государств Америки. По мере сокращения потребления табака там растёт курение конопли, и во многих регионах оно уже разными способами легализовано. Я коноплю не пробовал, так что не могу сказать, насколько она опаснее табака. Но неоспорим сам факт поиска новых химических костылей по мере запрета старых.

Чужие руки вместо своих голов


Холмогоров:

Партия Михаила Прохорова — Гражданская Платформа тем временем осчастливила нас проектом обустройства мигрантов на территории России. «Россия нуждается в сорока миллионах мигрантов» — безапелляционно заявил представитель партии Рифат Шайхутдинов. И их обязательно к нам надо ввезти. А чтобы общество не потерпело ущерба, их сначала следует помещать в специальные лагеря, где их будут учить русскому языку, правилам жизни в России и тому подобному.

Вассерман:

Предложение довольно нелепое, если учесть, что большинство мигрантов прибывает в Россию на совершенно законных основаниях — Кремль посмотреть, в мавзолей сходить, квасу попить. В нелегалов они превращаются тогда, когда остаются в стране сверх положенного срока. А к тому моменту уже какой лагерь — ищи свищи. Да и кто будет оплачивать эти лагеря? Очевидно — налогоплательщики. Как будем оправдываться перед мировыми правозащитниками, когда они закричат «Россия возрождает ГУЛАГ» — непонятно. Удастся ли поставить под контроль пропаганду ваххабитских экстремистов в подобных лагерях? Ведь они получат отличный аргумент: вас держат тут под замком, а там за забором настоящая красивая жизнь, возьмите её силой.

Холмогоров:

На мой взгляд, это предложение — попытка отвлечь общество от единственного разумного и законного решения проблемы — введения визового режима со странами Средней Азии, резко сокращающего поток нелегалов. Михаил Прохоров постепенно превращается в пародию на другого политика — Владимира Жириновского. Если тот всюду выступает с лозунгом «мы за бедных, мы за русских», то Прохоров, похоже, решил идти в политику под девизом «мы за богатых и за нерусских». Абсурдна уже исходная предпосылка — якобы России нужно сорок миллионов мигрантов. Нужно для чего? В рамках какой экономической системы? Давно уже возникла переделка старого анекдота: сколько мигрантов нужно, чтобы ввернуть лампочку? Шестеро. Один держит, а пятеро его крутят. Так, собственно, зачастую происходит в Москве, где партии дворников-мигрантов по шесть и больше человек вяло колют лед на узком пятачке. Попытка мэра Собянина разобраться в том, как работает Московская ЖКХ в деле расчистки снега, вызвала в СМИ шумную реакцию. Посмотрим сюжет.

[Сюжет]

Вассерман:

В рамках нормальной наукоёмкой экономики нам нужно повысить оплату труда и добавить два–три миллиона квалифицированной рабочей силы — к примеру, с Украины, из Белоруссии, даже из Грузии, чтобы заменить тех, кто умер от нищеты в эпоху, когда олигархи делали на их гробах свои миллиарды. А ещё лучше — возродить хозяйственное единство наших республик, чтобы каждый на своём месте приносил пользу всем, с кем связан технологической цепочкой: в развитом хозяйстве эти цепочки длинные, так что всё равно всех работников в одном месте не собрать. Десятки же миллионов мигрантов нужны только в одном случае — если господин Прохоров решит что обещанный им ё-мобиль должен двигаться на человеческой тяге, при помощи гастарбайтеров, запряжённых цугом.

Отставной папа

Холмогоров:

Точно гром среди ясного неба прогремела новость о том, что Папа Римский Бенедикт Шестнадцатый добровольно собирается уйти в отставку. А где гром, там и молния: тем же вечером двенадцатого февраля небесная стрела ударила в купол Собора Святого Петра в Риме, напугав не только людей суеверных, но, пожалуй, и верующих. Не знамение ли это гнева Божия на небывалое решение папы? Его предшественники уходили в отставку считанные разы за два тысячелетия — и никогда по настоящему добровольно. Озвученные Бенедиктом Шестнадцатым причины — пошатнувшееся здоровье и внезапная старость — больше подходят для главы крупной корпорации, чем для мистического предстоятеля крупнейшей религиозной конфесии мира. Он согласно католической доктрине — заместитель Христа на земле, непогрешим в вопросах веры, да к тому же ещё и монарх государства Ватикан.

Вассерман:

Скорее всего на Йозефа Алоиза Йозефовича Ратцингера давят не внутренние болезни, а внешние — болезни всего нашего общества. Он выступает против множества проявлений безудержной свободы личности без оглядки на интересы общества — от гомосексуализма до стяжательства. Сегодня такая свобода в экономике — либертарианство — и в политике и морали — либерализм — провозглашена единственно верным учением. Нынешние бедствия — от вооружённых вторжений во множество стран до всемирной Второй Великой депрессии — проистекают из этого учения. Понятно, что его адепты вынуждены уничтожать все другие учения, чтобы оно оказалось единственным, а потому — верным. Полагаю, эта отставка — проявление всё той же силы, именующей себя невидимой рукой рынка, но давно и хорошо видимой в качестве руки загребущей. Не сомневаюсь: на кардиналов, которые будут в марте избирать папу, уже сейчас давят в пользу кандидатов, безопасных для тех сил, что заправляют современным миром. Может быть, это будет улыбчивый добряк, готовый разрешать всё подряд — от перевода банка Святого Духа под контроль американских борцов с внеамериканской коррупцией до гомосексуальных браков священников. А может, святоша глубоко погружённый в молитву, а потому не обращающий внимания на светскую жизнь и её соответствие морали. Для манипуляторов главное — чтобы за ними никто не наблюдал слишком внимательно.

Холмогоров:

Если в Православной Церкви выражают сожаления, что так и не успели наладить активное сотрудничество с католиками для противодействия захлестнувшей Европу волной беснования и безнравственности, то сами бесноватые провожают Папу прямо-таки ведьмиными шабашами. Скандальная украинская группа Фемен, прописавшаяся теперь во Франции, ворвалась в Нотр Дам де Пари, показала уже поднадоевшие публике оголённые части тела, била по колоколам и выкрикивала оскорбления в адрес папы. Укрофеменистки явно решили переплюнуть Пусси Райот, а заодно продемонстрировать, что в либеральной Европе им ничего не будет. Что ж, проверим. Настоятель Нотр Дам отец Жакен уже подал на хулиганок в суд, их выходку осудили министр иностранных дел Франции и мэр Парижа, а консервативные французские сенаторы обвинили власти в бездействии.

Вассерман:

Женское движение FEMEN зародилось, возможно, по вполне бескорыстной глупости своих активисток. Но уже давно превратилось в коммерческий инструмент в руках любого, у кого хватит денег на оплату их услуг, включая возможные медицинские и судебные издержки. Это видно хотя бы по их переселению с Украины во Францию, где жизнь на порядок дороже. Поэтому можно не сомневаться: шабаш в парижском соборе Богоматери (такой перевод, полагаю, точнее привычного нам «собор Парижской Богоматери») — проявление того же давления на церковь, что и пляска в храме Христа Спасителя. Правда, среди поднятых ими лозунгов есть и слова «кризис веры». Но на мой взгляд, нынче в кризисе не вера, а попытка заметной части человечества жить вопреки многовековому опыту человечества, закреплённому, помимо прочего, и в многочисленных учениях, ставших предметом веры. Ехидный Франсуа Мари Франсуич Аруэ, более известный как Вольтер, сказал «Если бы бога не было, его следовало бы выдумать». Насколько я понимаю, он имел в виду как раз то, что закреплённые верой нормы поведения имеют смысл и вне всякого религиозного контекста, но люди, не понимающие этого смысла, должны быть высшим авторитетом принуждены к соблюдению норм. Конечно, не всякая норма остаётся полезной на всех этапах развития общества. Когда-то и рабовладение было прогрессом по сравнению с убийством пленных. Понятно, нельзя на этом основании объявлять любую норму подлежащей неукоснительному сохранению: как говорится, консерватор — человек, знающий, что именно следует консервировать. Но тем более нельзя объявлять любую норму подлежащей разрушению только потому, что причины её появления нам пока не понятны. Один из столпов учения о благотворности безудержной свободы личности без оглядки на общество — Фридрих Августович фон Хайек — в книге «Пагубная самонадеянность» показал: нормы поведения формируются в процессе конкуренции обществ, а не личностей, и закрепляются именно потому, что способствуют выживанию общества — а заодно и личностей в составе общества. Так что нынешняя попытка последователей фон Хайека разрушить общество во имя личности обернётся прежде всего крахом самой личности. Что видно, например, из многочисленных интервью с соучастницами движения FEMEN: личностей там нет — только заученные штампы либеральной пропаганды.

Холмогоров:

Что же всё-таки подтолкнуло папу Ратцингера к столь необычному и неожиданному решению?

Первая версия — признание поражения в войне, которую ведёт против католической церкви мировая прогрессивная общественность. В тысяча девятьсот шестидесятые и семидесятые годы Ватикан сам старался бежать едва ли не впереди паровоза мировой либерализации. После Второго Ватиканского собора в католичестве началось движение «обновления» — запретили традиционную латинскую мессу, зато в моду вошли богослужения под электрогитару. Богословы публиковали книги с заголовком «Существует ли Бог?» и отвечали — может, и существует, но как-то не совсем… Результат был логичный: католические храмы в Европе опустели. Если вы сами не верите в Бога, — сказала паства, — то почему мы должны в него верить?

Избрание консерватора Йозефа Ратцингера на папский престол казалось началом контрреформ. Ожидали, что католическая церковь решительно откажется от либерального духа Второго Ватикана и пойдёт в атаку на противника с открытым забралом, что папа будет публиковать послания, бичующие либерализм и аморальщину так же жёстко как его предшественники обличали крайности капитализма, коммунизм и нацизм. Ничего подобного не произошло: за семь лет понтификата Бенедикт Шестнадцатый снял отлучение от церкви со сторонников латинской мессы — и всё. А затем отречение. Выглядит как откровенное признание: один в поле не воин. Сил папы недостаточно, чтобы остановить деградацию католицизма, а потому Ватикан обречен влиться в мировой хор, благословляющий содомию. Не случайно в СМИ муссируется некое пророчество Малахии, что Бенедикт — предпоследний из пап римских, а последним будет Пётр, при котором явится антихрист, так что конец света близок.

Вассерман:

Что касается так называемого пророчества о папах, то для его оценки достаточно вспомнить: Арно де Вион опубликовал его в тысяча пятьсот девяносто пятом году, хотя и приписал святому Малахии, чьё епископское служение завершилось в тысяча сто сорок восьмом. Понятно, Вион знал обо всех папах за эти четыре с половиной века и смог придумать намёк в два–три слова на каждого из них. После этого и в последующих его намёках стали искать смысл. А столь короткую фразу можно примерить почти на каждого. Если посмотреть на нынешнюю расшифровку пророчества, становится очевидно: послевионовские папы подходят под пророчество ещё хуже довионовских. Текст Виона похож на кляксы Роршаха, где каждый может разглядеть что-нибудь знакомое. Так что даже если следующий папа будет иметь мирское имя Пётр, это ничуть не приблизит конец света. Тем более что сам Вион скорее всего имел в виду возможное нарушение церковной традиции: в память об апостоле Петре последующие епископы Рима никогда не принимали это имя, и папа Пётр Второй знаменовал бы полный разрыв с почти двумя тысячелетиями истории христианства.

Холмогоров:

Есть в общем и ещё одна версия происшедшего в Ватикане. Бенедикт Шестнадцатый провёл блестящий тактический маневр. Впервые за тысячелетие живой отставной папа сможет повлиять на избрание своего преемника. Консерваторы в Римско-Католической церкви давно уже в меньшинстве и избрание самого Ратцингера было обусловлено только его громадным личным авторитетом. И вполне вероятно, что престарелый папа хочет бросить этот авторитет на чашу весов того из преемников, кто окажется моложе, активней и будет иметь больше времени для консервативного поворота. Но даже если этот маневр удастся, то не окажется ли новый папа под давлением того факта, что «снять папу с должности» может кто-то кроме Бога? Не подаст ли Йозеф Ратцингер дурной пример, ведь не случайно отставки пап общество и в древности воспринимало очень негативно? Ещё Данте Алигьери в Божественной Комедии именно за подобный поступок поместил в Ад папу Целестина Пятого:

Признав иных, я вслед за тем в одном
Узнал того, кто от великой доли
Отрёкся в малодушии своем.

А православные старцы говорят в таких случаях просто: «С креста не сходят, с него снимают».

А пока до свиданья,

С вами были Анатолий Вассерман и Егор Холмогоров.

Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 5 (1 голос)

Обсудить в ЖЖ

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...