Пост-ориентализм

Версия для печатиОтправить по email Вставить в блог
 
Copy to clipboard
Close
[]

В связи с последними событиями в Египте, и чтобы освежить дискурс перед прочтением "Культуры и империализма" (которую решил взять в оборот после "Империи" Фергюсона) открыл "Ориентализм" Саида.

Начинается он с разбора речи знаменитого британского консерватора Бальфура как раз о Египте. Мол, западные народы издавна управляли сами собой, а в истории Востока как глубоко не загляните, следов самоуправления не обнаружите, а лишь деспотизм или господство колонизаторов.

А потому белые народы, в интересах самих же народов востока должны над ними господствовать и ими править до того момента (если он наступит), когда эти народы научатся управлять сами собой.

Это, конечно, абсолютная лицемерная ложь. Народы Запада никогда не хотели бы, чтобы наступил момент, чтобы народы Востока (имеются в виду ближний Восток и исламизированная Африка) действительно научились сами управлять собой и решать свои проблемы сами. И они, по своему, стопроцентно правы.

Поскольку самый логичный план для этих народов предоставленных самих себе и собственному правлению - ограбить и уничтожить Запад, либо, хотя бы, остатки созданной Западом инфраструктуры на самом Востоке.

Этот план лучший попросту потому, что лучше планов нет. У Китая и ЮВА есть, у Ирана есть, даже у Индии кое-как есть, а у "Ближнего Востока" - нет. Либо едешь грабить Европу, либо барахтаешься в кровавой грязи и убиваешь друг-друга. Последнее, собственно, сейчас в Египте и происходит.

Можно спорить, насколько "арабская весна" была искусственным мероприятием самих США по уничтожению наиболее светских, наиболее перспективных в плане саморазвития режимов.

Понятно, что она представляет собой масштабный демонтаж остаточных продуктов арабского национализма 60-х годов, так сказать наследия Насера, причем демонтаж начался еще в 1990-м с разгрома Хусейна. Но... надо понимать, что сам этот демонтаж стал возможен только благодаря тому, что эти режимы и их энергия внутренне себя исчерпали.

Оказались пустотой. Если хотите "антисемитизма" - разбились о собственную неспособность избавиться от Израиля. И именно поэтому постепенно деградировали. Единственным исключением оказался режим Асадов в Сирии - оказавшийся смелым, четким и зубастым. И связано это, думаю, с тем, что сирийцы попросту не арабы, хотя зачем-то ими притворяются.

В Египте - символическом центре "Востока" ни Насеру, ни Садату, ни Мубараку так и не удалось превратить свою страну во что-то большее чем буферную зону вокруг Суэцкого канала и обслуживающий персонал пирамид и курортов. И Мубарак с этой ролью смирился, оставшись управляющим отеля с персоналом в 80 млн. человек. Это было мудрое решение в отсутствие лучшего.

Такое же загнивание саморазвития происходило и у тех арабов, у которых есть нефть и у тех, у кого её не было. Восток превратился в зловонную клоаку время от времени выбрасывающую человеческие массы в направлении Европы. Второй такой же загнивающей клоакой и маткой мигрантов становится Средняя Азия - источник нашей катастрофы.

И вот для осознания отношений с этим Востоком давно уже пришла пора для появления вслед за классическим лукавым ориентализмом ("мы заботимся о туземцах потому что без нас они беспомощны") и классическим лукавым антиориентализмом ("мы прекрасные гордые народы с великой культурой оклеветанные коварными империалистами, давайте-ка нам вид на жительство и пособие по безработице в компенсацию за вашу подлую оккупацию) того что можно было бы назвать пост-ориентализмом.

Пост-ориентализм - это признание того простого факта, что на самом деле на Западе никого Восток и люди Востока не волнуют от слова совсем. Кому, если по честному, интересны 80 миллионов египтян? Живы они? Нет? Поубивали друг друга? Помирились? Да какая разница!

Запад (в широком смысле слова от Америки до России и Японии) интересует пространство, которое эти 80 миллионов занимают: пирамиды, Луксор, теплое море, канал, короче то, что создано либо древними египтянами, либо западными колонизаторами. Продукты жизнедеятельности 80 миллионов арабов Западу не интересны, как и они сами.

Человек Запада будет глядеть на "туземцев" с мыслью: "Какого хрена они делают у моих Пирамид?!". Он смотрит на них как на историческое недоразумение, как на захватчиков. И, кстати, не так уж и неправ - "туземцы" появились на этой земле лишь в VII веке, превратили сердце мировой цивилизации в полупустыню местами с запахом помойки, с теми, кто имеет реальное историческое право на эту землю - коптами обращаются чудовищно - избивают, убивают, а за последние дни сожгли уже 30 церквей. Все, что можно сказать в извинение этого захвата, это то, что он произошел ужасно давно. Но как раз по египетским темпам - не так уж и давно.

И вот поскольку эти человеческие массы с захваченных ими, но важных для западного человека земель не прогонишь, и не убьешь (мало того, принесенная Западом новая медицина радикально увеличила массу жителей Востока), пафос крестовых походов давно угас (да и опыт Израиля показал, что "земли без людей" - это утопия) то западный ум и начинает измышлять спасительные имперские схемы - "эти массы так дики, что не могут управлять собой сами, а значит мы будем управлять ими и вместо их".

Значит это, на самом деле, ровно одно: "Нам нужна и ценна эта земля, но поскольку её обитателей нам никуда не деть, нам придется ими управлять и над ними господствовать, уговаривая себя, что это к их же благу". Эта ложь неизбежно должна была рухнуть.

Во-первых потомки завоевателей арабов, халифов и мамелюков прекрасно умеют собой управлять, просто организация этого самоуправления у них весьма специфична по методам и конечным целям, упирающимся куда-то в центральную Францию.

Во-вторых, тезис о "благе для этих народов" неизбежно должен был положить начало массовому нашествию за европейским велфером (в Германии именуемом Hartz IV - сами немцы его считают страшно заниженным, а вот мигрантам как раз), ведь разве может быть высшее благо, чем жить в ухоженной европейской стране, получать деньги и ничего не делать, даже не притворяться желающими влиться в европейскую культуру?

Ложь всего европейского империализма была в попытке выдать интерес европейцев к тем или иным пространствам и связанным с ними символам за интерес к народам, эти пространства населяющим и заботу о благе этих народов.

Киплинг воспевал "Бремя Белых", в то время как лорд Ротшильд хотел повысить капитализацию контролируемой им компании Де Бирс и готов был ради этого уничтожать руками своего приказчика Сесиля Родса не только черных зулусов и матабеле, но и белых буров. 27 тысяч самых белых людей на планете погибло в 1900-1902 годах в британских концлагерях. Две трети были дети. Такое специфичное понимание "бремени белых".

Саид безусловно прав, когда указывает, что Восток (Oriens) был изобретением, выдумкой, фантазией Запада. Но он безусловно ошибается, когда считает, что причиной этого изобретения была воля к власти, желание господствовать над восточными народами.

Напротив, восточные народы были по большей частью изьяном в безупречной фантазии ориентализма, вторжением грубой реальности в конструируемую Западом грезу. В основе этой грезы лежала средневековая еще фантазия об Иерусалиме. Затем, поверх нее, легла фантазия о другом утраченом прекрасном городе - Константинополе.

Затем к этому прибавилось осознание "сорока веков" которые смотрят с высоты пирамид. Во всем этом культурном фантазировании (заметим, что Запад при этом фантазировал о своем культурном наследии и был в своем полном праве) текущий мусульманский восток был досадной помехой. Хотя и не активной и агрессивной, как в эпоху крестоносцев, а пассивизированной под властью Османов.

В конечном счете европейская фантазия и европейская воля к знанию создали Восток-2, Древний Восток, прекрасный археологический мир, который располагался на тех же землях, что и нынешний Восток, но не был задавлен исламом и был частью и предтечей прежде всего именно Западной Цивилизации. Мир, от которого прямая линия шла к Александру Македонскому, Риму, Византии, а не к исламу.

Археологическое вскрытие Востока закрепляло за Западом культурное право на него - самым ценным в культурном отношении теперь было археологическое пространство. Поскольку один произвольно взятый раскопаный шумерский город с парой сотен табличек перевешивал 1,5 тысячи лет культуры Ирака скопом.

Однако создание этого культурного воображаемого пространства вещей, инфраструктур и удобств для самого Запада шло параллельно со взгонкой имперских фантазий о господстве над народами с целью их улучшения и взросления.

К моменту ментального распада Британского империализма это дошло до прямой гомосексуальной влюбленности Лоуренса Аравийского в "туземцев". И те не замедлили предъявить свои права. Однако арабский национализм от имени которого говорили Насер и его соратники оказался фикцией - в виду отсутствия нации.

И в свои права вступил единственный и естественный правообладатель - ислам. Все более радикальный, террористический, экспансионистский, фанатичный и нацеленный не только полностью подчинить все свое пространство, но и нанести ответный удар Западу (не идеологический, как думают некоторые у нас из политической лопоухости, а чисто набеговый, грабительский).

Не связанный никакими имиджевыми обязательствами национализма, политический ислам не считает для себя важным поддерживать цивилизационную инфраструктуру - ни для большинства арабов (редкое, хотя и варварское по многим визуальным формам (игры в Самый Высокий Небоскреб ТМ и т.д.) исключение тут составляют ОАЭ, но уже у саудитов все приходит в норму), ни созданный Западом на территории Востока (East) "Восток" (Oriens). Как правило этот новый Восток предпочитает создавать Восток на территории Запада.

И здесь перед Западом три пути. Либо продолжать тешить себя ориенталистским самообманом, что "мы лучше самих восточных народов знаем что им нужно, а ну жрите демократию!". Цена этого либерального ориентализма за последние три года проявилась со всей наглядностью.

Второй путь - это путь левацкого антиориентализма - платить и каяться, и позволить Западу превратиться в неиллюзорный реальный Восток, то есть в криминальную варваризованную помойку. Третий, пост-ориенталистский выход, четко отделить свои интересы на Востоке, от обитателей Востока.

Осознать, что тот "Восток", который интересует Запад на Востоке - это изобретение Запада, часть Запада, и самому Востоку, как правило, совершенно не нужен и не интересен. Не пытаться навязать Востоку себя, свой образ мыслей и действий, но и не позволить Востоку уничтожить тот "Восток", который столько столетий культивировался Западом.

И, главное, решительно пресечь все попытки превратить Запад в Восток (East). Запад имеет достаточно прав и оснований для уважения к нему - он создал большинство основ современной цивилизации и использовал их гораздо менее эгоистично чем мог бы (а может быть и чем следовало).

И у него есть полное право защищать не только свою идентичность, но и совокупность того, что создано им за пределами Европы и Северной Америки - от музеев до курортов и нефтепроводов. На что Запад не имеет права - это на крикливое менторство подкрепленное лязгом авианосцев и воем бомбардировщиков.

Это менторство стало причиной страданий для сотен народов, а теперь оно же стало причиной страданий и самого Запада, оказавшегося неспособным жить своей жизнью по своим правилам и, утратив Восток снаружи засосавшего его внутрь себя до угрозы самоликвидации.

Пример "арабской весны" показал, что, в конечном счете, менторская установка оказывается главным врагом цивилизационной установки. Меньше чем за год был уничтожен целый ряд наиболее западных по ценностям восточных режимов и ничто не вызывает у Запада такую ненависть как то, что один из них при поддержке России и Китая устоял.

По сути, сегодня Запад как политическая структура объявил войну Западу как цивилизации, поставил себе задачу как разрушения Европы в Европе, так и разрушения Европы за пределами Европы.

Противоположная этому линия - ни в коем случае не империализм, не навязывание неевропейским народам европейских правил и стандартов жизни, а напротив - Великая Сецессия, если хотите даже сегрегация, когда западные народы сохранят себя, сохранят свой образ жизни, сохранят своё наследие и своё пространство (как суверенное политическое, так и точечное, объектное) от глобальной швондеровщины с её рассуждениями о "несправедливости распределения мировых богатств" (если богатства созданы трудом, их распределение справедливо, если богатства созданы не трудом, то прекращение империалистической политики скоро приведет к выравниваю нетрудовых доходов - пока же большинство толков о несправедливости напоминает песенку "тётя Кошка, выгляни в окошко, есть хотят волчата - ты живешь богато"), но при этом откажутся от навязывания имитации своего видения остальному миру.

Часть народов может хорошо и даже очень хорошо жить без западного диктата. Остальным не следует мешать жить плохо (тем более, что это может быть плохо лишь с нашей точки зрения).

Существуют, конечно, те вопросы где невозможно отказаться от глобального подход в полной мере - например потому, что деятельность промышленных держав ухудшает окружающую среду для всех и прежде всего для малоразвитых народов, но перечень таких вопросов надо четко ограничивать.

В целом же глобальный мир должен быть постепенно ликвидирован, хотя бы потому, что на сегодняшний момент он существенно ухудшает качество жизни в наиболее развитых его регионах, при этом существенно не улучшая жизнь регионов малоразвитых. "Мессианизм" Запада тем самым становится просто глупостью, так как скоро ему не к чему и не за кем будет вести.

P.S. Может возникнуть вопрос, почему я так последовательно не отделяю Россию от Запада. Ведь если проследить реальные отношения России и Запада, то мы можем показаться одной из жертв ориентализма. Запад не принимает нас за своих и не желает нас понимать.

Однако ситуация гораздо сложнее и любопытней. Восток выступает естественным объектом ментальной экспансии Запада. Запад воображает себе Восток даже против воли Востока. Он желает Востока. Напротив, Росию Запад не желает. Он не хотел бы ни видеть, ни воображать её.

Прочитав массу западных исследований о России или с её упоминанием, могу отметить, что ровно в той же степени в которой относительно Востока Запад делает избыточные и фантастичные суждения, настолько в отношении России суждения поверхностны и связаны с очевидным нежеланием Запада её мыслить и, тем более, воображать, с какой-то почти физической болью от нахождения России в ментальном поле.

Наши отношения с Западом связаны с тем, что Россия непрерывно вынуждает Запад к мышлению о России. Мы вынуждаем Запад признавать себя Западом вопреки почти физической боли и уж точно отсутствию всякого энтузиазма, которую он при этом испытывает.

У нас есть все основания на то, чтобы претендовать на подобное признание - расовое и языковое происхождение, тысячелетняя христианская культура, наша очевидная способность стопроцентно ассимилировать западную культуру, науку и технику и вносить вклад в их развитие на уровне 3-4 ведущих держав Запада.

Бешенство Запада вызывает как раз тот факт, что в крепкую сплоченную семейку внезапно приходит выросший где-то за тысячи миль молодой человек - у него в порядке все документы, все тесты на гены, он образован, вполне прилично воспитан и умеет за себя постоять. Он их родственник, но он не свой.

Однако отказываться от доли своего наследства семьи на основании неприязни прочих её членов для него глупо. И всё, что ему остается - это принуждать к признанию своих прав. Собственно технология власти в России со времен Петра Великого и состоит в принуждении Запада к признанию нас, частично силовом, частично дипломатическом.

Периодически это принуждение сопровождалось парадоксальным самопринуждением к тому, чтобы "самому выглядеть прилично" - это самопринуждение имело для нас самих огромные тяжелые последствия, в виде разрушения нашего европейского средневекового культурного ядра, во имя мимикрии под западноевропейское. Но и с этой проблемой мы, в итоге, справились.

Вадим Цымбурский называл эту постпетровскую практику "похищением Европы" и считал крайне вредной. Мол, вместо того, чтобы заниматься своими делами в Сибири, русские ломились в Европу где нас не ждали и ненавидели. Однако этот пролом в Европу начался сразу, как начало формироваться раннее национальное государство в России - при Иване III и Василии III.

Чисто национальные причины - "великий князь хочет вотчины свои - земли Русские" - вынуждали к европеизации русской политики. Россия вернулась в Европу за частью своего наследства, хотя и расширила свои владения далеко на восток (но не на Восток и не на "Восток").

Петру просто удалось создать сверхэффективный механизм истребования своего наследства, что, как оказалось, было связано с дополнительными и частично лишними отягощениями, в частности отягощением модной в тогдашней Европе империей. Так или иначе, остервенелость западной реакции на притязания России связана именно со справедливостью этих притязаний. И силовая (не только в военном, но и в экономическом, культурном и т.д. смысле) поддержка нами этих притязаний должна продолжаться.

И решать проблему Востока и "Востока" нам придется вместе. В Сирии Россиия сделала отличный ход, защитив подлинный европеизированный "Восток" от попыток Запада погрузить его в восточную клоаку.

И напротив, бредовые теории о том как мы объединимся с Востоком для того, чтобы уничтожить Запад в себе и на Западе, наглое стремление "истернизировать" азиатизировать Россию в еще больших (и более варварских масштабах), чем азиатизирована и африканизирована даже Европа, всё это ни что иное, как поливание керосином своего собственного дома.

Впрочем, почему "собственного" - знимаются этим поливом в России преимущественно не русские, а многонациональные азиаты.

Ваша оценка: Ничего Рейтинг: 4.4 (24 голоса)
Loading...

Понравилось? — Поддержите нас!

50 руб, 100 руб - любая, даже самая незначительная сумма, поможет нам продолжать работу и развивать проект. Не стесняйтесь жертвовать мало — мы будем признательны за любой трансфер))))
  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4272 2200 1164 5382

Как еще можно помочь сайту

Отчеты о поступающих средствах

Помочь проекту

Redtram

Loading...

Наша кнопка

Русский обозреватель
Скопировать код
Loading...