Киноправда о Кандагаре

4 февраля на экраны страны выходит новый фильм режиссера Андрея Кавуна «Кандагар», снятый на основе известных событий 1995 года, когда российский грузовой самолет совершил вынужденную посадку в столице «исламской талибской республики» Кандагаре, и больше года насильственно удерживался вооруженной охраной на территории дома кандагарского губернатора (точнее, в хозпостройках) в условиях, которые трудно назвать человеческими. На днях состоялась помпезная премьера фильма в кинотеатре «Октябрь», а перед этим в ВГТРК пресса и некоторые блоггеры встречались со съёмочной группой.

Историю кандагарского пленения, думаю, все помнят.

В соответствии с межправительственным соглашением Россия поставляла гуманитарную помощь, оружие и боеприпасы правительству Бурхануддина Раббани, и рейсы в Кабул осуществлялись достаточно регулярно. В Афганистане полыхал незатухающий внутренний конфликт, в оружии и боеприпасах нуждались все противоборствующие стороны, и недостатка в поставщиках с российской стороны не было.   Помимо официальных межправительственных контактов, поставки различного рода грузов осуществляли частные лица и компании.  Тогдашний лидер Северного альянса Ахмад Шах Масуд на вопросы об источниках получения оружия отвечал прямо: «Русская мафия поставляет». В числе активных российских продавцов оружия — печально известный Виктор Бут, который даже летал в Кандагар вести переговоры об условиях освобождения русских лётчиков...

Экипаж самолета ИЛ-76, принадлежавшего частной казанской авиакомпании «Аэростан», состоял из семи человек и осуществил вылет из Тираны, взяв курс на Афганистан. По некоторым сведениям, получателем груза должен был быть «Пандшерский лев» Ахмад Шах Масуд, контролировавший тогда базу ВВС Баграм, но произошла утечка информации, и разведка талибов получила данные о двух совершенных экипажем Шарпатова рейсах. Третий, последний рейс оказался для экипажа роковым — в хвост ИЛ-76 пристроился талибский истребитель, и с земли последовала команда посадить самолет — «для досмотра груза». При досмотре в одном из ящиков были обнаружены крупнокалиберные снаряды, запрещенные для перевозки. Этот злополучный ящик был загружен на борт в последний момент — в фильме его загружают почти насильно, вопреки протестам командира экипажа, которому вручают какую-то сомнительную бумажку о том, что груз «гуманитарный».  Существует версия, что это было сделано умышленно — агентами исламистов в Тиране, кто сейчас поймет... Начался томительный 378-дневный кандагарский плен.

Все усилия, предпринимавшиеся официальной российской и международной  дипломатией, оказались тщетными — на переговоры талибы не шли и от денежного выкупа отказывались.   По некоторым данным, «дважды Совет безопасности ООН выдвигал требование освободить экипаж, но талибы чихать хотели на эти бумажные резолюции. Они, правда, предлагали свой вариант решения проблемы: в обмен на пленников российское правительство должно выдать бывших министров обороны ДРА и высших чинов ХАДа (афганский КГБ)». Но для России такие условия, понятное дело, были неприемлемы...

Поначалу цель пленения летчиков была непонятна, но по истечении нескольких месяцев плена их заставили обучать летному делу талибанских «студентов». Видимо, талибы всерьез были настроены обзавестись собственным воздушным флотом и разбираться с кабульским правительством с воздуха. Командиру экипажа Владимиру Шарпатову было также вменено в обязанность техобслуживание и ремонт самолета, и лётчики регулярно в разном составе доставлялись на борт (талибы следили, чтобы экипаж никогда не привозили в полном составе — возможность бежать по отдельности, поодиночке, пленные для себя исключали). Прошло больше года, прежде чем Шарпатову удалось уговорить похитителей доставить на борт весь экипаж, и на 378-й день пребывания на гостеприимной афганской земле ИЛ-76 взял курс на Шарджу, а оттуда — на Москву. Вот что рассказывает сам командир экипажа:

«Мы уболтали талибов, что Ил-76 — очень дорогой самолет, которому нужно время от времени проводить профилактику. Причем чтобы досконально проверить машину, нужен весь экипаж на борту. Потихоньку завели двигатель, но афганцы подвоха не учуяли или не ожидали, что мы рискнем лететь. А я на взлете сделал "горку" — резко взмыл вверх, — и все, кто был в салоне, попадали. Афганцы просто тупо рухнули, а наши уже сверху навалились на них, обезоружили и связали. Уходить решили через пустыню на Иран и затем на Объединенные Арабские Эмираты. Чтобы не засекли средства ПВО, приходилось идти на максимально низкой высоте — метров 50-70».

Командир воздушного корабля Владимир Шарпатов и второй пилот Газиннур Хайруллин были награждены Звездой Героя России, остальным дали орден Мужества. Сегодня Герой России Владимир Шарпатов — пенсионер. Сразу же по возвращении из плена 58-летний командир экипажа был уволен из родной авиакомпании «Аэростан» по сокращению штатов — весьма показательное отношение государства к собственным героям.... Герой России обратился в суд, но в восстановлении на работе ему было отказано, а в виде компенсации предложили место ночного сторожа. Шарпатов отказался и уехал из Казани к сестре в Тюмень, где ему по распоряжению губернатора Леонида Рокецкого выделили большую квартиру в центре города. Не так давно Владимир Ильич обратился с просьбой к депутатам тюменской областной думы: хотел, чтобы на основании областного закона «О доплате к пенсии Героям Советского Союза, Героям РФ...» ему прибавили к пенсии положенные 460 рублей. Депутаты отказались.

Фильм Андрея Кавуна получился, вопреки моим ожиданиям, вполне смотрибельным и весьма приличным. Больше всего я боялась двух вещей — увидеть либо голливудский боевик, либо привычную позолоту официального российского агитпропа. К чести создателей картины, не увидела ни того, ни другого. Было бы не вполне правильно требовать полной исторической достоверности — всё же это не документальный фильм, а художественный, тем не менее, обращение авторов с историческим материалом вполне бережное, все изменения не несут принципиального характера. В числе отступлений от исторической правды, которые позволили себе авторы — в реале летчиков было семь, в фильме их пять, и вылетали они не из Албании, а почему-то из Турции. Вот, пожалуй и всё.

Командира экипажа играет Балуев, второго пилота — Машков (фамилии прототипов в фильме изменены). Получился не примитивный боевичок, а вполне себе психологическая драма. Опять-таки вопреки всем возможным ожиданиям, в фильме нет особо неуместного и раздражающего пафоса, строго говоря, пафосный момент всего один — в сцене, когда у пленников берут интервью журналисты из какой-то международной миссии, на вопрос тупой француженки «Скучаете ли вы по России?», командир экипажа — Балуев после некоторого размышления отвечает: «А мы и есть Россия...»

В фильме откровенно рассказывается о явных нарушениях со стороны всех российских поставщиков грузов — как тогдашней российской власти, отправлявшей в Афган патроны и оружие по фальшивым документам, под видом «гуманитарной помощи», так и частных поставщиков — это, кстати, породило дополнительные проблемы во взаимоотношениях пленников с похитителями, породив недоверие.

Журналист Сергей Варшавчик таким образом сформулировал основной мессидж фильма: «с фанатичными последователями ислама, готовыми вести войну до конца, нельзя, в конечном счёте, договориться. Их можно или обмануть (на время), или уничтожить (навсегда)». В то же время командир экипажа устами актера Балуева говорит молоденькому радисту, задумавшемуся, а не принять ли от отчаяния ислам, как советуют похитители, чтобы приблизить своё освобождение: «Не поможет. Они не за ислам воюют. Ислам — предлог, мусульмане у них убивают мусульман, тут не в этом дело...»

Но меня, если честно, поразило другое. В фильме талибанский идеолог говорит, что врагов ислама не спасут ни технологическое преимущество, ни богатство. Европейцев, американцев, россиян ждет неизбежное поражение в битве с силами истинно верующих, потому что богатства и технологии без веры мертвы. Власть идеи сильнее власти денег. Так вот, на встрече со съёмочной группой все в один голос — и режиссер Кавун, и Машков, и Панин, и продюсеры Валерий Тодоровский и Илья Неретин — заявили, что устами талибских идеологов глаголет истина... Зал слегка обомлел. Даже не знаю, как на это реагировать — испытываю, прямо скажем, смешанные чувства. Абстрагируясь от отношения к идеологии и практике пуштунских «студентов-богословов», считаю весьма показательным, что в нашем царстве чистогана самые циничные люди начинают постепенно понимать сокрушающую силу убеждений и веры в принципы...   

Нас, разумеется, больше всего интересовало, как складывались отношения кинематографистов с прототипами героев. Интересная деталь: кандагарское пленение настолько надломило летчиков, что после освобождения они разбежались по разным углам страны и так и не нашли в себе силы встретиться вновь всем вместе... Шарпатов в ходе съемок достаточно подробно консультировал авторов, но фильма пока не видел. Кстати, Машков рассказал, что его прототип — пилот Газиннур Хайруллин — присутствовал на премьере фильма в Казани.

Пронзительная, до слез пробирающая музыка, натурализм съемок (фильм, кстати, по понятным причинам снимался не в Афганистане, а в Марокко), яркие, выпуклые характеры, неоднозначность, неодноплановость основной идеи, продуманность каждого кадра, удачные вкрапления документальной хроники — всё это можно отнести к явным достоинствам картины. Авторы избежали многих очевидных соблазнов — нет фальшивого квасного патриотизма, а есть патриотизм не крикливый, не слепящий глаза. Да и талибов можно было показать сплошной массой спустившихся с гор дикарей, как это зачастую делают западные кинематографисты, а в «Кандагаре» талибы очень и очень разные, многие из них — с московским университетским образованием. Честно и без каких-либо прикрас и лакировки показаны люди в экстремальных обстоятельствах, в общем, съемочной группе можно поаплодировать — фильм получился.

• Добавить комментарий

Комментарии: